В зарубежных странах носителями юридических прав и обязанностей могут быть отдельные граждане, иностранные лица без гражданства (физические лица), объединения физических и юридических лиц, а также государственные предпри­ятия и государственные органы.

Приведенные общие положения рас­пространяются и на субъектов хозяйственного зарубежного права. Согласно об­щему смыслу хозяйственного зарубежного права хозяйственной правосубъектно­стью наделяются такие индивидуальные и коллективные лица, которые на основе любых существующих в данном государстве форм собственности систематически производят товары для обмена и осуществляют другую хозяйственную деятель­ность.

В зарубежной юридической науке имущественная правосубъектность индиви­дуальных лиц раскрывается через понятия право- и дееспособности, а лиц, объ­единивших свои капиталы, охватывается, как правило, понятием юридического ли­ца. Если по вопросу имущественной правосубъектности индивидуальных лиц в зарубежном праве нет значительных теоретических расхождений, то по поводу природы юридического лица ведутся научные споры. Видимо, поэтому в граждан­ском законодательстве большинства зарубежных стран отсутствует легальное определение юридического лица. Если же в законодательстве оно и дается, то выглядит достаточно абстрактным.

Легального определения понятия юридического лица нет и в гражданском за­конодательстве зарубежных восточноевропейских стран, несмотря на то, что гражданское право этих стран в последние десятилетия испытывало влияние со­ветского гражданского права, в котором такое определение имелось (см. ст. 11 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, ст. 23 Гражданского кодекса РСФСР и других союзных республик).

Рыночные отношения, являющиеся основой западной экономики, предостав­ляя субъектам обширные возможности в сфере предпринимательства, не освобож­дают их от хозяйственного риска, от банкротства. То обстоятельство, что юриди­ческое лицо обладает имуществом, обособленным от имущества его участников (учредителей), представляло при накоплении первоначального капитала в период промышленного капитализма и представляет сейчас, когда капитализм находится на монополистической стадии развития, большую привлекательность для предпри­нимателей, поскольку ограничивает их имущественную ответственность размерами пая, внесенного при создании юридического лица.

Это качество юридического лица ограждает личное имущество учредителей юридического лица от притязаний кредиторов в случаях финансовых затруднений или банкротства. Наличие у юридического лица имущества, обособленного от имущества его участников, хорошо соответствовало домонополистическому фун­кционированию капитала. В период промышленного капитализма, когда сущест­вовала объективная потребность объединения небольших капиталов в руках от­дельных лиц, юридическое лицо как нельзя лучше соответствовало этой потребности.

Высокий уровень концентрации и централизации капитала привел к обратной тенденции — началось дробление капитала. Возникают дочерние компании, кото­рые являются, также как и их материнские компании, юридическими лицами. Вместе с тем дочерние компании могут находиться в экономической зависимости, выражающейся в разной степени правовой зависимости от косвенного до непо­средственного подчинения материнским компаниям. Так, в § 17 Закона ФРГ об акционерных обществах от 6 сентября 1965 г. зависимые предприятия определя­ются как самостоятельные в правовом отношении предприятия, на которые другое предприятие (господствующее предприятие) непосредственно или косвенно может оказывать определяющее влияние.

Однако отношения между двумя юридическими лицами в традиционном для гражданского права понимании должны быть равноправными, а отношения между материнской и дочерней компаниями являются отношениями между неравными субъектами права. Налицо противоречие, которое объяснить с позиций традици­онного гражданского права, предполагающего юридическое равенство между участниками имущественных отношений, невозможно.

При этом, в отличие от гражданского права, хозяйственное (торговое, ком­мерческое, предпринимательское) право не может удовлетвориться ролью юриди­ческого лица. Для гражданского права важно юридическое лицо как таковое, в от­личие от физического лица. В хозяйственном же законодательстве акцент сделан не на обезличенном юридическом лице, а на конкретных видах субъектов хозяй­ствования, гамма которых широка, и все они чем-то отличаются друг от друга. Юридическое лицо — это хотя и важное, но лишь одно из свойств субъектов хо­зяйствования, к тому же не всех. Можно быть субъектом хозяйствования, не обладая свойством юридического лица, то есть субъекты хозяйствования — не обя­зательно юридические лица. Для тех же субъектов, которые таким свойством об­ладают — это далеко не единственная черта, характеризующая их правовой ста­тус. Но именно эта черта — свойство юридического лица — у них одинакова. Поэтому правильнее говорить о видах субъектов хозяйствования, а не о видах юридических лиц.

Если же вести речь о видах субъектов, то наиболее развернуто регламентиру­ется деятельность компаний. В коммерческих и торговых кодексах очень много места уделяется именно статусу компаний или корпораций. В Торговом кодексе Японии, например, статусу компаний, под которыми имеются в виду корпорации, учрежденные в целях коммерческой деятельности, посвящено 448 статей из 683, то есть почти две трети (в юридической литературе законодательство о компаниях характеризуется как законодательство об организации предприятий). Проблема взаимоотношений зависимых и дочерних предприятий, филиалов с центрами хо­зяйственных систем существует и внутри корпораций.

загрузка...

В последние годы некоторые западные правоведы предлагают заменить поня­тие юридического лица более соответствующим, по их мнению, экономическому и юридическому положению субъектов хозяйственной деятельности понятием «предприятие». Этому способствует получающая все большее распространение на Западе в законодательстве, судебной практике и в международных отношениях практика применения этого понятия.

Как и в восточноевропейской научной литературе, западные исследователи рассматривают предприятие как место, где происходит соединение рабочих рук (труда) со средствами производства (капиталом).

В течение продолжительного времени предприятия в западном правоведении рассматривались с позиций гражданского права как совокупность средств произ­водства, как объект права собственности учредителей. Предприятие представляет часть имущества учредителей, обособленную от другого их имущества. Это ка­чество предприятия как совокупности имуществ учредителей закрепляется путем установления обязанности предприятия вести торговую книгу, в которой фиксиру­ется первоначальный размер уставного капитала, а также последующие изменения в его составе. Администрация несет ответственность за правильность записей в торговой книге, которую периодически проверяет финансовая инспекция.

Затем предприятия фактически стали рассматриваться как самостоятельные субъекты права, которым адресуются предписания финансового, административ­ного и других норм права даже в том случае, если они не являются субъектами гражданского и торгового права. Это дало повод западным исследователям рас­сматривать предприятие и его экономические интересы отдельно от интересов уч­редителей, вплоть до подчинения последних интересам предприятия и в его лице интересам всего общества.

Если обобщенно подытожить научные взгляды, высказанные в восточноевро­пейском и западном правоведении по проблеме правосубъектности предприятия, можно сформулировать такие выводы:

1)   предприятие является собственностью исключительно его учредителей, в силу чего оно не может быть самостоятельным субъектом права. Эта правовая конструкция в глазах всех собственников, включая государство как собственника, выглядит весьма привлекательной и они стараются ею воспользоваться в полной мере.  Однако с точки зрения людей, работающих на таких предприятиях, она выглядит совсем непривлекательно, так как создает высокий уровень отчуждения их труда от его результатов. Эффективность производства не растет;

2)  для коллектива более привлекательна категория предприятия как организо­ванного коллектива во главе с назначенным собственником руководителем, осу­ществляющим управление закрепленным за предприятием имуществом;

3)  собственником предприятия выступает сам предприниматель. В этом слу­чае проблема отчуждения людей от результатов своего труда теряет остроту, так как замыкается в рамках внутриорганизационных отношений на предприятии;

4)  фактическим собственником предприятия является его коллектив, возглав­ляемый администрацией. Эта правовая конструкция не получила широкой под­держки, так как последовательная ее реализация привела бы к отстранению пред­принимателей-учредителей   от   той   собственности,   которую   они   внесли   при создании  предприятия,  и сделала бы трудно объяснимым  их право  на доходы предприятия;

5)  предприятие является объектом права собственности и предпринимателей-учредителей, и предпринимателей-производителей.

Порядок наделения субъектов хозяйственной деятельности правоспособно­стью зависит от требований национального законодательства страны их местона­хождения. Несмотря на разнообразие национальных процедур, в зарубежном за­конодательстве можно выделить, по крайней мере, два общих для всех стран обязательных условия, необходимых для признания участников хозяйственной деятельности субъектами права. Ими являются определение наименования, под которым предприниматель должен выступать в хозяйственных отношениях (фир­ма), и государственная регистрация его предприятия. К числу обязательных мож­но отнести также обязанность субъектов хозяйственной деятельности вести бух­галтерские книги и составлять в определенные сроки балансы результатов своей хозяйственной деятельности. В большинстве зарубежных стран эта обязанность закреплена за всеми субъектами хозяйственной деятельности и рассматривается как важное средство контроля над ними со стороны государственных органов. Однако есть страны (США, Великобритания), где индивидуальные предприни­матели могут не вести бухгалтерскую документацию, хотя сами они в этом заин­тересованы, чтобы не осложнять свои отношения с финансовыми и другими контролирующими государственными органами.

Каждый субъект хозяйственной деятельности обязан обозначить себя торго­вым (предпринимательским) именем, которое составляет его фирму и которым он обязан подписывать все относящиеся к его хозяйственной деятельности докумен­ты. Фирма — это деловое имя хозяйствующего субъекта, а не название предпри­ятия, хотя в отдельных случаях они могут и совпадать. В некоторых странах индивидуальные предприниматели обязаны использовать в качестве наименования фирмы свою фамилию. Обязательность включения фа­милий всех или хотя бы одного учредителя в наименование фирмы предусматри­вается в отдельных странах и для полных коммандитных товариществ. Так, со­гласно португальскому Торговому кодексу коммерсант, ведущий дело без товарища, должен избрать в качестве фирмы свое имя, полное или сокращенное, и этим отождествить с нею свою личность, а также, если это принесет пользу, дополнить это имя указанием вида осуществляемой деятельности (ст. 20). Фирма полного товарищества, если в ее наименовании не указаны все члены, должна со­держать, по крайней мере, имя или фирму одного из них с добавлением в сокра­щении или полностью слова «и Компания» либо другого термина, указывающего на существование других членов (ст. 21). Наименование фирмы коммандитного товарищества должно содержать имя одного из членов, несущих неограниченную ответственность, и иметь добавление, которое указывает на существование ком­мандитного товарищества (ст. 22). В отношении фирмы акционерного общества в португальском Торговом кодексе вопрос решается несколько иначе: название та­кой фирмы должно указывать на предмет деятельности и может содержать имена любых лиц или их представителей, если они дали на это согласие (ст. 23).

Право предпринимателя на фирму находится под защитой закона, а незакон­ное пользование чужой фирмой влечет за собой юридическую ответственность пользователя. Фирма индивидуализирует хозяйственную деятельность, способ­ствует участию в конкурентной борьбе. В законодательстве зарубежных стран по­дробно регламентируются вопросы использования фирмы пережившим супругом, наследником, другими лицами.

В законодательстве стран развитой экономики большое внимание уделяется регистрации субъектов хозяйствования. Как правило, регистрация осуществляется в специальном реестре с указанием таких характеристик регистрируемого субъек­та, чтобы каждый желающий мог получить информацию, дающую о нем довольно полное представление. И такую информацию органы, ведущие регистрацию, обя­заны предоставлять. Согласно Германскому торговому уложению и Коммерческо­му кодексу Франции при регистрации прежде всего предъявляется инвентарная ведомость, в которой фиксируется весь учредительный капитал в денежной и на­туральной формах, так как этот капитал представляет отправную точку для рас­чета прибыли и убытков первого года хозяйствования. Порядок регистрации, фор­ма реестра, возможность свободного получения содержащейся в нем информации служат публичным интересам.

Государственная регистрация субъектов хозяйственной деятельности рассмат­ривается в западном законодательстве как признание их государством в качестве субъектов права. Возникновение хозяйственной правосубъектности во времени связывается или с самим фактом регистрации в соответствующем органе, которым чаще всего является суд, или с опубликованием сведений о регистрации в специ­альном информационном издании. Иногда предусматривается, наряду с информацией в информационном издании, дублирование сведений о регистрации в одной из газет.

Как правило, регистрация должна быть произведена в течение определенного срока. Так, согласно ст. 7 Коммерческого кодекса Франции, физическое лицо, обладающее статусом коммерсанта, обязано в 15-дневный срок со дня начала сво­ей деятельности заявить ходатайство о регистрации в канцелярии суда по месту своего нахождения, а в ст. 2 указывается, что никто не будет зарегистрирован в реестре, если он не выполнит условий, необходимых для осуществления хозяй­ственной деятельности, а юридические лица, кроме этого, не исполнят касающиеся их формальности, предусмотренные действующим законодательством и подзакон­ными правовыми актами.

Можно выделить два способа закрепления за субъектами хозяйственной дея­тельности юридических прав и обязанностей. В большинстве зарубежных стран они могут приобретать любые не запрещенные законом права и нести обязанно­сти, связанные с характером их хозяйственной деятельности (общая право­субъектность). Такой подход более характерен для стран континентальной Евро­пы и тех стран, которые восприняли систему континентального права. В Великобритании, США и других странах англосаксонской системы права хозяй­ственная правосубъектность чаще ограничивается целями предпринимательской деятельности (специальная правосубъектность).

Следует отметить, что законодательство и судебная практика зарубежных стран развиваются в направлении расширения объема правоспособности корпора­ций, компаний в том плане, что требования соответствия совершаемых компанией сделок предмету ее деятельности все более смягчаются. На практике правомерны­ми признаются любые сделки, которые прямо не противоречат закону. Такое по­нимание правоспособности компаний нормативно закреплено в ст. 9 Первой ди­рективы по праву компаний, принятой Советом европейских сообществ в 1968 г., что нашло соответствующее отражение в законодательстве Италии, Франции, Ве­ликобритании и других стран [24].

Таким образом, в промышленно развитых западных странах установлен явоч-но-нормативный порядок возникновения индивидуальных и коллективных субъек­тов хозяйственной деятельности, то есть государственные органы не могут отка­зать в регистрации, если они выполнили все условия, установленные в нормах права. В развивающихся странах, где государства вынуждены более активно воз­действовать на формирование тех или иных отраслей хозяйства, государственные органы могут отказать в регистрации, руководствуясь интересами национальной экономики. Здесь речь идет уже о разрешительном порядке возникновения субъ­ектов хозяйственного права.

Индивидуальные и коллективные субъекты хозяйственной деятельности в за­рубежном праве чаще всего называются коммерсантами. Правосубъектность граждан как индивидуальных коммерсантов определяется, через категории право-и дееспособности. Организационно-правовыми формами их хозяйственной дея­тельности обычно являются малые и средние предприятия. Количество предприятий, которые они могут образовать, в законе не определяется. Здесь действуют экономические критерии, в основном это ограниченные размеры капитала.

Коммерсант — лицо, которое, осуществляя хозяйственную деятельность, по­лучает посредством этой деятельности постоянные средства к своему существова­нию, это его профессиональная деятельность, она для него является главной, даже если она не единственная. При наличии у коммерсанта некоммерческой профессии последняя должна быть второстепенной по отношению к первой.

Служащие, связанные трудовым соглашением с коммерсантом, не будут ком­мерсантами даже в случае, если коммерсант предоставил им право быть его пред­ставителями, так как они действуют за счет его средств, а не за свой собственный счет. Это агенты по сбыту товаров и т. п., действующие от имени коммерсанта. Основная обязанность служащего — исполнение поручений коммерсанта. Если они связаны с коммерсантом договором представительства, то они свободны и не­зависимы, то есть действуют от своего имени и за свой счет. Их часто называют торговыми представителями.

Хотя в западном праве государство не называется индивидуальным коммер­сантом, по существу оно таковым является, так как, учреждая государственные предприятия, государство выступает в роли индивидуального коммерсанта. В та­ком же положении оказываются акционерные общества, корпорации, компании, когда они единолично создают свои предприятия. Таким образом, в состав инди­видуальных коммерсантов входят все субъекты, которые выступают в роли еди­ноличных учредителей предприятий. В принципиальном плане их правосубъектность должна была бы быть одинаковой. Фактически государство в роли учредителя предприятий обладает рядом преимуществ по сравнению с другими индивидуальными коммерсантами.

Товарищества могут действовать в нескольких организационно-правовых фор­мах. Это могут быть полные товарищества, коммандитные товарищества, акцио­нерные общества, акционерные коммандиты и общества с ограниченной ответ­ственностью [25].

В западном правоведении товарищества традиционно делятся на объединения лиц и объединения капиталов. К объединениям лиц относятся товарищества, ос­нованные на личном участии его членов (полные товарищества). В объединения капиталов входят те товарищества, для участия в которых достаточно внести лишь определенный вклад в имущество товарищества (акционерные общества). Вместе с тем подчеркивается несовершенство приведенной классификации, так как в ком­мандитных и негласных товариществах наблюдается объединение лиц и объедине­ние капиталов, то есть они являются смешанными обществами. К тому же това­рищества, к какой бы группе не относились, не могут функционировать без капитала и без людей. Отмечается также, что более реально говорить не столько об участии в товариществе лиц и их капиталов, сколько об их ответственности по обязательствам товарищества. По этому признаку товарищества можно подразде­лить на три группы (см. схему 6).

Схема 6

Классификация субъектов хозяйственной деятельности зарубежных стран по признаку имущественной ответственности

Учредители отвечают перед кредиторами:

в полном размере всем своим иму­ществом (полные товарищества)

в размере пая, внесенного при обра­зовании товарищества (общества с ограниченной ответственностью)

одна часть учредителей — в полном размере всем своим имуществом, другая часть учреди­телей — в размере пая, внесенного при образовании общества (коммандитные и негласные товарищества)

Внутри каждой из названных групп теоретически могут действовать все предусмотренные законодательством организационно-правовые формы товари­ществ. Практически действуют лишь наиболее распространенные акционерные общества и общества с ограниченной ответственностью.

В первую группу входят товарищества, в которых его члены несут ответствен­ность по долгам товарищества в полном размере всем своим личным имуществом (полное товарищество), во вторую группу — товарищества, часть членов которых несет полную ответственность по обязательствам товарищества, а другая часть от­вечает лишь в размере вкладов, внесенных ими в капитал товарищества (комман­дитные и негласные товарищества), а в третью — товарищества, члены которых отвечают в размере своих вкладов в капитал товарищества, то есть не рискуют всем своим личным имуществом (акционерные общества).

Первая и вторая группы товариществ исторически сформировались раньше третьей группы, еще в период раннего капитализма.

Рассмотренная классификация субъектов хозяйственного права получила леги­тимное закрепление в большинстве западных стран. Кроме нее, имеются различ­ные доктринальные обоснования разных видов субъектов хозяйственной деятель­ности. В научной литературе весьма распространено их разделение по признаку собственности на уставный капитал: на государственные предприятия, частные предприятия, смешанные предприятия.

В западных странах действуют различные государственные предприятия. На­зываются они по-разному: в Великобритании — публичные корпорации, в США — правительственные корпорации или агентства, в Германии и Франции — публич­ные предприятия или публичные учреждения.

Их правовое положение неоднородно [26]. Во всех зарубежных странах существуют свои особенности, порождающие различия в правовом положении го­сударственных предприятий. Несмотря на это, в научной литературе выделены общие черты, позволяющие установить определенные виды организационно-пра­вовых форм государственных предприятий в западных странах. В зависимости от решаемых научных задач, авторы производят типизацию предприятий по разных признакам.

Рассматривая правовое положение государственных предприятий в Велико­британии, Франции и ФРГ, Р. Л. Нарышкина выделяет три основные организа­ционно-правовые формы:

—  предприятия,   капитал   которых   организован   в   форме  торговых  товари­ществ;

—  предприятия, капитал которых не разделен на акции или паи;

—  казенные предприятия [27].

К первой группе относятся государственные предприятия, действующие в форме торговых товариществ. Как правило, это акционерные общества и общест­ва с ограниченной ответственностью. Эта форма удобна для организации полно­стью государственных предприятий и тех предприятий, в которых, наряду с госу­дарственным, участвует и частный капитал. Она удобна еще и тем, что облегчает приватизацию и реприватизацию государственных предприятий. Приемлема она и при национализации частных предприятий, когда они становятся государствен­ными путем выкупа государством акций. Их правовое положение приближается к положению коммерческих негосударственных предприятий.

Характеризуя правовое положение предприятий, капитал которых не делится на акции или паи (публичные корпорации), Р. Л. Нарышкина обращает внима­ние на то, что в Великобритании, Франции, ФРГ и других промышленно разви­тых западных странах отсутствует единое законодательство, которое бы типизи­ровало правовое положение этой группы предприятий. Оно может быть неодинаковым и в пределах страны и даже в пределах одной отрасли хозяйства. Как правило, особенности правового положения таких предприятий устанавлива­ются в нормативных актах, изданных для конкретного предприятия. В них опре­деляются индивидуальная правосубъектность, предмет и сфера их деятельности. Они являются юридическими лицами. В их состав могут входить другие предпри­ятия как являющиеся, так и не являющиеся юридическими лицами (см. схему 7).

В правовой литературе высказано мнение, что публичные корпорации, наряду с хозяйственной деятельностью, осуществляют функции государственного управ­ления. Соотношение между хозяйственной и управленческой деятельностью в раз­ных корпорациях может колебаться в ту или другую сторону [26].

Схема 7

Организационно-правовые формы государственных предприятий

в западных странах

Предприятия, капитал

которых организован

в форме торговых

товариществ

(действуют в соответствии

с законодательством о торговых товариществах)

Предприятия, капитал

которых не разделен

на акции или паи

(действуют в соответствии

с нормативными актами,

издаваемыми, как правило,

для конкретных

предприятий)

Казенные предприятия

(не обладают хозяйственной

самостоятельностью.

В странах СНГ это

госпредприятия со статусом,

имевшим место до 1995 г.)

Л. С. Зивс предложил подразделять западные государственные предприятия по признакам их юридической автономии и по составу вкладчиков уставного капитала. По первому признаку государственные предприятия делятся на две группы:

—  автономные предприятия, которые являются самостоятельными субъектами права   и   действуют   под   общим   руководством   и   контролем   государственных органов;

—  предприятия, финансируемые из государственного бюджета и находящиеся в подчинении министерства и других государственных органов.

По составу вкладчиков уставного фонда Л. С. Зивс делит государственные предприятия на предприятия полностью принадлежащие государству, смешанные государственно-частные предприятия, в которых государству принадлежит только определенная доля уставного капитала, а остальная часть принадлежит другим собственникам [28].

Говоря о типах государственных предприятий, Л. С. Зивс утверждает, что они являются предпринимательскими организациями и соответственно действуют «в тех же правовых формах и на тех же организационных началах, что и частные предприятия» [28]. Здесь Л. С. Зивс слишком упрощает вопрос о типах запад­ных государственных предприятий. В действительности их правовое положение не такое однообразное, а количество их организационно-правовых форм больше. Не все государственные предприятия, выступающие в хозяйственном обороте, явля­ются предпринимательскими, есть среди них и предприятия, которые осуществля­ют социальные функции. Есть также и такие, в которых преобладает коммерче­ское начало. В целом же все государственные предприятия на Западе в той или иной мере осуществляют различные социальные функции.

В условиях действия многообразных форм собственности существование госу­дарственных предприятий объективно необходимо именно потому, что им прихо­дится выполнять, наряду с коммерческими, определенные социальные функции.

Безусловно, коммерческая деятельность и получаемая от нее прибыль не будут лишними в любом государстве. Однако первейшей задачей государства все же яв­ляется поддержание в обществе социального равновесия, а потом уже идут заботы о коммерческой эффективности своих предприятий. Именно поэтому государ­ственные предприятия с точки зрения получения прибыли менее эффективны и даже убыточны по сравнению с негосударственными предприятиями. Для послед­них социальные задачи вторичны, а коммерческие первичны. Этим же объясняет­ся и отраслевая принадлежность предприятий государственного сектора.

Во всех западных странах в роли государственных выступают, как правило, те предприятия, у которых высокий уровень инвестиционного риска, и, в лучшем случае, невысокая норма прибыли или же они просто убыточны. Поэтому утвер­ждение Л. С. Зивса о том, что государственное предприятие представляет, по су­ществу, обычное капиталистическое предприятие «с той лишь разницей, что его собственником является государство», не совсем корректно.

В законодательстве США критерий прибыльности американских корпораций, включая государственные корпорации, соблюдается более последовательно. Так, в законодательстве штата Нью-Йорк корпорации подразделяются на следующие основные виды:

—  корпорации, созданные для получения прибыли;

—  корпорации, целью которых не является получение прибыли;

—  публичные корпорации.

Корпорациями, целью которых является получение прибыли, считаются все предпринимательские корпорации, банковские, железнодорожные и транспортные корпорации. Они действуют в соответствии с Законом о предпринимательских корпорациях штата Нью-Йорк 1963 г. с последующими дополнениями. Корпора­ции, не имеющие целью получение прибыли, действуют на основании Закона о непредпринимательских корпорациях 1970 г. К публичным корпорациям в этом штате относятся муниципальные корпорации, окружные корпорации и корпора­ции, созданные в интересах общества. Их правовое положение определяется в за­висимости от характера осуществляемой деятельности.

В научных источниках США государственные предприятия по характеру взаимоотношений с государственным бюджетом подразделяются на коммерческие и госбюджетные предприятия. Последние называются правительственными агент­ствами. Финансовые ресурсы коммерческих государственных предприятий форми­руются из прибыли, за счет займов у государства или эмиссии собственных цен­ных бумаг (облигаций). Они освобождены от многих видов государственного контроля со стороны Конгресса США и Белого дома и пользуются определенны­ми правами в области хозяйственной правосубъектности, в частности они сами за­ключают договоры и сделки, определяют порядок приема и увольнения и т. д. Правительственные агентства финансируются из государственного бюджета США в соответствии с ежегодно принимаемыми решениями Конгресса. Финан­сирование имеет целевой характер, неизрасходованные в текущем году средства возвращаются в бюджет.

Действия правительственных агентств на рынке находятся под жестким конт­ролем со стороны правительственных органов США.

Ш. Деббаш, Ж. Бурдон, Ж.-М. Понтье, Ж.-К. Риччи (Франция) в моно­графии «Административное право и институты» (Париж, 1982 г.), рассматривая правовые проблемы государственной собственности, пришли к выводу, что госу­дарственное имущество, включая государственные предприятия, может быть в пользовании публичных служб или непосредственно государственных органов, мо­жет находится в общем пользовании на коллективных началах, а также может быть в частном пользовании, не утрачивая при этом качеств государственной собственности. В зависимости от того, в чьем фактическом пользовании находится государственное имущество, уменьшается или увеличивается объем юридических прав и обязанностей субъектов по отношению к части государственного имущест­ва, находящейся в их ведении, и соответственно характер их взаимоотношений с государственными органами [29].

Другой французский автор С. Уикам разделяет государственные предприятия на монопольные и конкурентные, хотя и подчеркивает при этом, что во француз­ском законодательстве отсутствует разделение государственных предприятий на монопольные и конкурентные, несмотря на очевидные различия между ними [30]. По его мнению, до начала 90-х годов основной формой государственных предпри­ятий были компании, являющиеся монополистами в производстве товаров своей группы. Во Франции — это компании, производящие электроэнергию, добываю­щие уголь и т. д. Конкурентные государственные предприятия были в этот период немногочисленными. Монопольные государственные предприятия полностью под­контрольны государственным органам, имеют более-менее постоянную клиентуру потребителей своей продукции, наделены правом устанавливать цены, что позво­ляет им покрывать свои расходы. Государственное управление монопольными го­сударственными предприятиями не имеет своей задачей достижение какого-либо коммерческого эффекта и получение прибыли. Речь идет лишь о предотвращении убытков.

Конкурентные государственные предприятия в хозяйственной деятельности учитывают условия, складывающиеся на рынке. В зависимости от проводимой в данный момент государственной экономической политики они стремятся экономи­чески воздействовать на предприятия негосударственного сектора. В связи с этим С. Уикам считает, что присутствие на рынке конкурентных государственных предприятий позволяет положительно влиять и стабилизировать ценообразование и уровень заработной платы на соответствующем рынке. Более того, по его мне­нию, хозяйственная деятельность государственных предприятий в экономическом аспекте более эффективна, чем запреты и ограничения, установленные в антимо­нопольном законодательстве и законодательстве о недобросовестной конкуренции.

Монопольные и конкурентные государственные предприятия различаются и по своему правовому положению. Первые находятся в большой зависимости от органов хозяйственного управления, вторые приближаются к правовому положе­нию негосударственных компаний.

С. Уикам в своих научных взглядах на государственные предприятия во Франции, в сущности, исходит из того, что в их деятельности преобладают соци­альные функции. Коммерческие функции в связи с этим подавляются социальны­ми и как бы отступают на запасные позиции. От объема социальных функций за­висит и объем их хозяйственной самостоятельности. Чем больший объем социальных функций осуществляют государственные предприятия, тем меньше юридических прав в сфере хозяйственной самостоятельности предоставляет им го­сударство. Собственно на таких же позициях стоят и соотечественники С. Уикама французские юристы Ш. Деббаш, Ж. Бурдон, Ж.-М. Понтье, Ж.-К. Риччи, но они выходят на эту же проблему с позиции государственной собственности.

А. Фернандеш, исследуя проблемы хозяйственной деятельности государствен­ных предприятий в Португалии, указывает, что Декрет 1976 г. определяет госу­дарственный сектор как важное средство осуществления экономической политики правительства и предусматривает контроль со стороны отраслевых министерств за использованием государственными предприятиями собственных финансовых средств. Несмотря на это, финансовое положение государственных предприятий находится в нестабильном положении, что приводит к дефициту государственных доходов и в целом государственного бюджета. С учетом финансового положения А. Фернандеш делит государственные предприятия на такие группы:

—   прибыльные предприятия, имеющие возможность возмещать затраты на капитальное строительство и  вкладывать другие инвестиции в развитие произ­водства;

—  предприятия, хотя и имеющие положительный баланс, но размер получае­мой ими прибыли не позволяет финансировать свое развитие без помощи со сто­роны государства;

—    убыточные   предприятия,   которым   постоянно   не   хватает   финансовых средств для того, чтобы иметь положительный баланс.

Пути улучшения работы государственных предприятий Португалии А. Фер­нандеш видит в усилении контроля государственных органов за составлением предприятиями текущих и перспективных планов, а также в том, чтобы финанси­рование капитальных вложений и выдача государственных субсидий производи­лись в тесной зависимости от целей и задач долгосрочных государственных пла­нов [31].

Анализируя рассмотренные основания классификации государственных пред­приятий в западных странах и юридические признаки, в соответствии с которыми они произведены, можно сказать, что с точки зрения научных целей, которые по­ставили перед собой их авторы, они в большей или меньшей мере обоснованы. Вместе с тем, несмотря на различные подходы, в них прямо или косвенно посто­янно звучит один мотив. Это соотношение в деятельности государственных пред­приятий социальных (управленческих) и экономических (коммерческих) функций. Какие бы научные цели не ставили перед собой их авторы, они, в конце концов, выходят на вопросы социальной значимости и прибыльности государственных предприятий, на проблему государственной интервенции в рыночные отношения.

Изучение рассмотренных научных подходов к определению сущности госу­дарственных предприятий позволяет сделать некоторые обобщения:

1)  государственные предприятия в той или иной мере осуществляют экономи­ческие (коммерческие, конкурентные) и социальные (управленческие) функции;

2)  государственные предприятия являются одним из средств, используя кото­рые, наряду с другими средствами (налоги, льготы, дотирование, запреты, лицен­зирование и т. п.), западные государства сдерживают нарастание негативных про­цессов в рыночных отношениях как путем конкурентной борьбы с предприятиями негосударственного сектора (стабилизация заработной платы, выравнивание заня­тости, уменьшение безработицы и т. п.), так и путем предоставления населению товаров и услуг, которые предприятия негосударственного сектора предоставить ему не могут, а если и могут, то по неприемлемым для населения ценам;

У) правосубъектность государственных предприятий нестабильна. В зависи­мости от конкретной экономической обстановки она колеблется от практически полностью несамостоятельных предприятий (казенные, ведомственные) до пред­приятий, в правовом отношении почти ничем не отличающихся от негосударствен­ных предприятий. Как правило, капитал таких предприятий организован в форме товариществ, допускающих участие в них не только государственной собственно­сти, но и, наряду с нею, иных форм собственности;

4) между казенными предприятиями и предприятиями, действующими в соот­ветствии с законодательством о товариществах, представляющими собой крайние точки колебаний правосубъектности государственных предприятий, находятся го­сударственные предприятия, правосубъектность которых колеблется в одну или другую сторону (публичные корпорации). В силу этого их правовое положение, как правило, определяется в каждом конкретном случае при их создании.

В западном законодательстве, в научных исследованиях объединения пред­приятий называются «группы компаний», «связанные предприятия», «организа­ции организаций», «товарищества товариществ», «товарищества второй ступени» и т. п. В отечественной экономической и правовой литературе используются тер­мины «ассоциация», «корпорация», «консорциум», «концерн». Несколько ранее употреблялись термины «картель», «синдикат», «трест».

Группы предприятий представляют собой совокупность экономически связан­ных, заинтересованных друг в друге предприятий (товариществ). Наличие эконо­мической зависимости является обязательным признаком группы. Что касается правового оформления экономических связей между членами группы, то оно мо­жет быть построено на принципах координации и субординации. Группы пред­приятий, построенные на началах координации, состоят из независимых друг от друга предприятий, объединенных под руководством одного центра. Они созда­ются несколькими юридическими или физическими лицами для содействия их ос­новной предпринимательской деятельности (совместные рекламные бюро, экс­портные и импортные службы, научно-исследовательские подразделения и т. п.).

Объединения предприятий, основанные на принципах субординации, пред­ставляют собой группы, в которых одно предприятие выполняет роль господствующие организации по отношению к входящим в состав группы другим пред­приятиям. Правовые связи между ними могут быть основаны на владении паке­том акций или долей в паевом (учредительном) капитале зависимых предприятий, обеспечивающих господствующему предприятию большинство голосов на их об­щих собраниях. Правовые отношения между господствующим и зависимым пред­приятиями могут вытекать из договора между ними. Такие правовые связи поз­воляют господствующему предприятию контролировать положение дел в зависимых предприятиях, влиять на принятие ими решений и избрание большин­ства их управляющих. Входящие в состав группы предприятия не теряют своей автономности и юридической самостоятельности, хотя она и не бывает совсем пол­ной. Такие группы называются еще «группами предприятий вертикального типа».

Группы предприятий на координационной основе устроены иначе. Они также представляют собой группу экономически заинтересованных друг в друге пред­приятий, но они подчиняются господствующему предприятию на добровольных началах. Организованное экономическое и юридическое давление на предприятия, входящие в состав группы, здесь отсутствует. Такие группы предприятий назы­ваются «группами с горизонтальным построением отношений» или консорциума­ми. В практической деятельности вертикальные и горизонтальные группы пред­приятий часто соединяются в сложные комбинации.

Правовое закрепление отношений внутри группы предприятий стало форми­роваться с начала 60-х годов. Нормы права, регулирующие эти отношения, как правило, содержатся во многих нормативных актах. Унификация терминологии от­сутствует. В законодательстве западных стран для обозначения господствующего предприятия используются такие термины, как «контролирующее», «материн­ское», а подчиненные предприятия называются «зависимыми», «дочерними», «связанными» или «филиалами». Однако какие бы термины не использовались основным критерием для отнесения предприятия к господствующему или подчи­ненному всегда выступает обладание учредительным (паевым) капиталом.

Во французском акционерном праве установлено, если одно товарищество (предприятие) владеет половиной капитала другого товарищества, то второе рас­сматривается как филиал первого. Если первое товарищество владеет от десяти до пятидесяти процентов капитала другого товарищества, то оно считается участву­ющим во втором. Отношения контроля между ними возникают в таких случаях:

если первое товарищество владеет прямо или косвенно частью капитала вто­рого, дающим ему право на большинство голосов на его общих собраниях;

если первое товарищество располагает большинством голосов во втором това­риществе в силу соглашения, заключенного с другими его учредителями или ак­ционерами, и оно не противоречит интересам второго товарищества;

если первое товарищество фактически может влиять при помощи принадлежа­щих ему голосов на решения общих собраний второго товарищества. При этом оно должно прямо или косвенно контролировать свыше сорока процентов голосов, при условии, что никакой другой учредитель или акционер не владеет более значительной долей голосов (статьи 354, 355 Закона Франции о торговых товари­ществах 1966 г.).

В Великобритании компания считается контролирующей, если она является держателем более половины номинальной стоимости паевого капитала другой ком­пании и контролирует образование ее совета директоров; в США -- если прямо или косвенно обладает двадцатью пятью процентами голосов или контролирует избрание совета директоров или назначение доверительных собственников другой корпорации.

В обобщенном виде отношения внутри группы предприятий регламентируются в акционерном законодательстве ФРГ и Бразилии. В других странах на основе Закона ФРГ об акционерных обществах от 6 сентября 1965 г. подготовлены про­екты соответствующих нормативных актов.

Оформление отношений внутри группы предприятий вертикального типа по акционерному праву ФРГ производится в праьоных формах товарищества или предпринимательских договоров. Предприятия, входящие в состав группы, не утрачивают своей юридической самостоятельности. В форме товарищества строят­ся отношения, основанные на владении большинством долей участия в уставном капитале и большинством голосов на общих собраниях акционеров другого пред­приятия. К ним же следует отнести отношения, построенные на праве назначения членов советов директоров и членов наблюдательных советов, а также на облада­нии полным пакетом акций другого предприятия (включение).

В зависимости от способа правового закрепления отношений внутри группы предприятий ФРГ их можно разделить на три типа.

К первому типу относятся те группы, в которых одно предприятие выступает по отношению к другому или нескольким предприятиям как господствующее. В данном случае господство проявляется в том, что оно может непосредственно или косвенно оказывать влияние на зависимые предприятия, которые в правовом от­ношении продолжают оставаться самостоятельными предприятиями. При этом предполагается, что предприятие, управление которым производится на основании большинства долей участия, зависит от предприятия, участвующего в нем боль­шинством голосов (§18 Закона ФРГ об акционерных обществах 1965 г.). К пер­вому типу также относятся группы предприятий, если в уставах входящих в груп­пу зависимых предприятий предусмотрено право господствующего предприятия назначать членов их советов директоров или наблюдательных советов. Считается, что наличие хотя бы одного из перечисленных условий создает для господствую­щего предприятия практические возможности решающим образом влиять на зави­симые предприятия.

Ко второму типу относятся группы предприятий, отвечающие следующим признакам:

в руках одного предприятия (основного акционерного общества) сосредоточи­ваются все акции другого предприятия (зависимого предприятия);

зависимое предприятие остается юридически самостоятельным;

основное акционерное общество и зависимое предприятие расположены на территории ФРГ;

факт включения зависимого предприятия в основное зафиксирован в торговом реестре; в заявке на регистрацию должно быть указано, что решение общего со­брания не было обжаловано в установленный срок или что суд отказал в призна­нии решения общего собрания недействительным;

решение о включении зависимого предприятия в состав основного акционер­ного общества вступает в силу после его одобрения собранием основного акцио­нерного общества. Решение может быть принято большинством акционеров, пред­ставляющим в момент принятия решения не менее трех четвертей уставного капитала (§ 319 Закона ФРГ об акционерных обществах 1965 г.).

Третий тип объединений в ФРГ составляют группы предприятий, основанных на предпринимательских договорах. Таких договоров несколько.

По договору подчинения одно акционерное общество или акционерная ком-мандита подчиняет руководство своего общества другому предприятию. Подобная форма отношений предоставляет право господствующему предприятию давать за­висимым предприятиям указания, обязательные для исполнения даже в том слу­чае, если они не выгодны последним, но служат интересам господствующего пред­приятия или предприятия, с которым господствующее предприятие входит в один концерн. Если выполнение указания связано с заключением сделки, для которой необходимо одобрение наблюдательного совета зависимого предприятия, и если одобрение не получено в течение определенного срока, правление зависимого предприятия немедленно сообщает об этом господствующему предприятию. В этом случае заключение сделки должно быть подтверждено согласием наблюда­тельного совета господствующего предприятия, если оно его имеет.

Акционерным правом ФРГ предусматривается и несколько других видов предпринимательских договоров. Согласно договору отчисления прибыли одно ак­ционерное общество или акционерная коммандита обязуется отчислять свою при­быль другому предприятию. Договором об отчислении всей прибыли считается со­глашение, по которому акционерное общество или акционерная коммандита обязуется руководить своим предприятием за счет другого предприятия. Есть до­говоры, согласно которым одно акционерное общество или акционерная комман­дита обязуется объединять свою прибыль, прибыль отдельных своих предприятий или отдельных заводов других предприятий с целью распределения общей прибы­ли, а также другие виды предпринимательских договоров (§§ 291 и 319 Закона ФРГ об акционерных обществах 1965 г.).

Правовое положение автономных предприятий и их объединений связано с правосубъектностью создаваемых ими филиалов. Сама возможность создания фи­лиалов выступает как важный элемент их правового статуса. Не меньшее значе­ние для осуществления хозяйственной правосубъектности материнскими компа­ниями и их филиалами имеет характер отношений между ними и его юридическое закрепление.

На правовой статус филиала влияют следующие факторы: порядок формиро­вания уставного капитала; цели создания филиала; способ юридического оформле­ния отношений между материнской компанией (учредителем) и филиалом.

Изучая правовое положение филиалов в государственном секторе экономики Франции, Л. Рапп пришел к выводу, что филиалы образуются тремя способами: на базе предприятий (подразделений) материнской компании; путем присоедине­ния существующего самостоятельного предприятия (чужого) к материнской ком­пании (приобретение контрольного пакета акций); путем создания нового пред­приятия, деятельность которого отличается от деятельности материнской компании [32].

Создание филиала первым способом приводит к децентрализации капитала материнской компании. Например, так была создана на базе коммерческого пред­приятия Комиссариата по атомной энергии компания КОГЕМА, а сам Комисса­риат стал для нее материнской компанией. Правовое положение филиала, образо­ванного таким способом, позволяет материнской компании ограничить свою ответственность по обязательствам филиала размерами имущества (пая), передан­ного ему в момент создания, и таким образом застраховать себя от больших по­терь, связанных с инвестиционным риском. Кроме того, образование филиала на основе одного из подразделений материнской компании и вытекающая из этого децентрализация управления в ней повышают конкурентоспособность (жизнеспо­собность) и гибкость обоих.

Образование филиалов на базе существующих подразделений материнской компании сопровождается в большинстве случаев созданием автономных предпри­ятий. Их возникновение порождает проблему поиска оптимального сочетания ин­тересов материнской компании и интересов превращенных в филиал ее подразде­лений, а также поиска наиболее подходящих организационно-правовых форм воплощения самостоятельной правосубъектности филиалов. Выбирая ту или иную форму правовых связей со своим филиалом, материнская компания исходит из це­лей, которые она желает достичь, создавая филиалы.

Если материнская компания добивается ограничения своей ответственности по обязательствам филиала размерами своего пая в его уставный капитал и желает обеспечить филиалу реальную независимость в управлении, филиал образуется преимущественно в форме акционерного общества. Если необходимо обеспечить наибольший контроль за хозяйственной деятельностью создаваемого филиала, ма­теринская компания использует, как правило, форму полного товарищества. Разу­меется, обе названные организационно-правовые формы в любом случае ведут к ограничению хозяйственной самостоятельности филиалов. Речь в данном случае может идти лишь о степени ее ограничения.

Образование филиала путем приобретения контрольного пакета акций чужого самостоятельного предприятия (второй способ образования филиалов) дает воз­можность материнской компании снизить затраты на приобретение основных фон­дов (зданий, сооружений, машин, оборудования и т. п.) по сравнению с новым строительством. Кроме того, приобретая предприятие, материнская компания преследует также цель ослабить или даже полностью поглотить конкурирующее предприятие. Это положительные стороны образования филиалов вторым способом.

Есть и негативные стороны: необходимость приобретать вместе с нужным для материнской компании имуществом и то, что по характеру деятельности не требуется, или же приобретать устаревшее, требующее замены, имущество; могут возникнуть и организационно-правовые проблемы, так как материнской компании приходится вместе с капиталом приобретаемого предприятия сохранять его акционеров.

Создание филиалов путем строительства нового предприятия, отличающегося от материнской компании характером своей деятельности, может сопровождаться возникновением хозяйственной правосубъектности, характерной как для акцио­нерных обществ с ограниченной ответственностью, так и для полных товариществ. Все зависит от задач, решаемых материнской компанией при создании филиала. Во Франции выделяют такие формы филиалов: формальные филиалы; филиалы-ассоциации (филиалы-объединения); финансовые филиалы.

Формальным филиалом называется предприятие, учредителем которого явля­ется лишь одна материнская компания. В таком филиале материнская компания старается не допустить участия в его капитале других акционеров, чтобы обеспе­чить себе максимальный контроль над филиалом. Естественно, что хозяйственная самостоятельность формального филиала является очень ограниченной. По мне­нию Л. Раппа, создание формальных филиалов имеет большое значение для раз­вития государственного сектора в экономике, поскольку через них можно прово­дить практически беспрепятственно экономическую и социальную политику, мало или даже совсем не учитывая экономические интересы самих филиалов.

Филиал-ассоциация создается предприятиями для совместной разработки, производства и сбыта продукции. Они создаются партнерами на паритетной основе в форме соглашения между ними. Так, например, поступили в 1960 г. французские фирмы «Рено» и «Пежо». Филиалы ассоциации в дальнейшем, как правило, развиваются в обычные предприятия, основанные несколькими материн­скими компаниями (учредителями). Такой путь прошло немало предприятий в Западной Европе.

Для финансирования особо крупных и рискованных с точки зрения инвести­рования проектов, в которых хотят принять участие несколько материнских ком­паний, используется форма финансового филиала. Анализируя их правовое поло­жение, Л. Рапп указывает на двойственность их правовой природы. С одной стороны, они выступают как элемент организационной структуры материнской компании, а с другой — представляют собой автономные субъекты права, дей­ствующие как юридические лица. Однако их автономия во многом имеет фиктив­ный характер, так как материнские компании навязывают им свою волю. Для это­го они используют такие способы воздействия, как назначение своих представителей в органы управления филиалами и юридическое подчинение орга­нов управления филиалами органам управления материнскими компаниями.

По степени подчинения филиалов материнским компаниям выделяют такие группы филиалов:

максимально контролируемые, то есть те филиалы, капитал которых материн­ские компании контролируют полностью самостоятельно или совместно с другими своими филиалами, что дает им право на большинство голосов в их органах управления;

умеренно контролируемые филиалы, в которых представители материнских компаний входят в их административные советы вместе с представителями учре­дителей (акционеров) в соответствии с долями внесенного уставного капитала. Присутствие представителей других акционеров в административных советах фи­лиалов ограничивает возможности материнских компаний;

филиалы, в которых материнские компании участвуют на правах рядовых ак­ционеров, а поэтому не имеют большинства голосов в их органах управления.

Литература

1.  Наглядный пример — нормы торгового мореплавания. См.: Козлов В. Б., Фали-

леев П. А. Соотношение общих и специальных правовых норм // Государ­ство и право. — 1997. — № 11. — С. 22.

2.  Гражданское и торговое право капиталистических государств / Отв. ред. Е. А. Ва-

сильев. — М, 1983. — С. 25.

3.   Патнэм  Р.   Процветающая  комьюнити,   социальный  капитал  и  общественная

жизнь // Международная экономика и международные отношения. — 1995. — № 4. — С. 78—79.

4.  Акио Морита. Сделано в Японии. — М., 1993. — С. 241—246.

5.  Соглашение о принципах сближения хозяйственного законодательства государств —

участников СНГ // Информационный вестник СНГ «Содружество». — 1992. — Вып. 7. — С. 8; Мамутов В. К. Сближение современных систем правового регулирования хозяйственной деятельности // Государство и пра­во. — 1996. — № 8. — С. 43—51; Там же. — 1999. — № 1. — С. 18—24; Вюник Донецького ушверситету. Економ1чн1 науки. — 1999. — Вип. 3. — С. 3—8.

6.  Общие, единые «правила игры» создавать сразу и сообща // Экономика и жизнь. —

1990. — № 31.

7.  Осакве К. Сравнительное правоведение в схемах. — М.: АНХ «Дело», 2000.

8.  Правовий прогрес через порхвняльне право. — Льв1в, 1993. — Кн. 1. — С. IV.

9.  Давид Р. Основные правовые системы современности. — М., 1988. — С. 96—97.

10.  Хозяйственно-правовые способы предупреждения экономической преступности. —

Донецк, 1996.

И. О последствиях такой недооценки см.: Козлов В. Б. и Фалилеев П. А. Соотно­шение общих и специальных правовых норм // Государство и право. — 1997. — № 11.

12. Ахиезер А. Дезорганизация как категория общественной науки // Общественные

науки и современность. — 1995. — № 6. — С. 42—43.

13.  Основы немецкого торгового и хозяйственного права. — М.: Изд-во БЕК, 1995.

14.  Чувпило А. А. Хозяйственное право зарубежных стран. — Донецк, 1992; Гос-

подарче право заруб1жних краш. — К., 1996.

15.  Райнер Шольц. Предпочтение — санации // Гутен таг. — 1993. — № 2. —

С. 14.

16.  Иоффе О. С. Правовое регулирование хозяйственной деятельности в СССР. —

Л.: Изд-во ЛГУ, 1959. — С. 6.

17.   Хозяйственный  (Коммерческий) кодекс Украины:  проект.  —  Киев—Донецк,

1995.

18.  Очерк истории торгового права // Шершеневич Г. Ф. Учебник торгового пра-

ва. — М., 1994.

19.  Консаису Роппо. Токио, Сансейдо, 1990.

20.  Мамутов В. К., Чувпило А. А. Господарче право заруб!жних крш'н. — К.,

1996. — С. 11—12; Семеусов В. А. Очерки хозяйственного права России. — М.: Изд-во ИГЭА, 2001. — С. 10—11.

21.  Коу СооДе. Соттегаа! 1_,а\у. — Еп§1апс1. Ьопо!оп: Реп§шп Ьоокз. — 1995.

22.  Зуз1ет рга^а §озроо!агс2е8;о ргу^а^е^о / Рос! гео!а1«:)а 31атз1а\*'а ^ОТос1ук1. Ргамго

зро1е!с. КгаЬэчс: Ошкаггца №гос!оуа, 1996.

23.  КШпег РгИг. ^ЛзЬапзгесЬ!. — Не1о!е1Ьегё. С. Р. МйНег ]ипз11зсЬег Уег1ае.

24.  См.: Законодательство зарубежных государств. Обзорная информация. — М.,

1991. — Вып. 10. — С. 3.

25.  Чувпило А. А. Виды субъектов хозяйственного права в западных странах //

Экономика — право — государственное регулирование. — Донецк, 1992. — С. 64—74.

26.  Лаптев В. В. Правовое положение государственного капиталистического пред-

приятия как юридического лица // Государственно-монополистический ка­питализм и буржуазное право. — М.: Наука, 1969. — С. 11—42; Госу­дарственная собственность и государственные предприятия в развитых капи­талистических государствах. — М., 1990. — С. 36.

27.   Государственное  регулирование  экономики  в  современном мире  /  Ред.  кол.

М. В. Баглай, И. П. Ильинский и др. — М.: Международные отношения, 1971. — С. 120—134.

28.   Империалистическое государство и капиталистическое хозяйство /  Отв.  ред.

И. Д. Левин. — М.: Изд-во АН СССР, 1963. — С. 56—57.

29.  ОеЬазсп С/1., ВоигЛоН I., Рот1ег I. М., К(сс1 I. С. ЫзпЧийопз е1 с1го11з ас!тт1-

51гга11{з. — Р.: Нгеззез ищу. Ое Ргапсе, 1982. Приводится по реферативному сборнику Государственное предпринимательство в развитых капиталистиче­ских странах / Ред. кол. В. А. Виноградов, Ю. А. Борко и др. — М., 1968. — С. 73—74.

Глава 6. Правовое регулирование хозяйственной деятельности в зарубежных странах

181

30.  ^1сЫ\ат 5. Сезиоп 1етот ее 1 еп1герге!зе риЬНяие сопсиггепИеЙе // Кеи. п\ с!е

Яез1юп. — Р., 1983. — № 41. — Р. 81—94. Приводится по рефератив­ному сборнику Государственное предпринимательство в развитых капиталис­тических странах / Ред. кол. В. А. Виноградов, Ю. А. Борко и др. — М., 1986. — Ч. 1. — С. 105—107.

31.  Ретапс1ез А. ЫогтаКгасао с!а зНиасао Йпапсе1га <1о зе!йог етргезапа! с!о Ез1ас1о. —

Есопоута е зоааНзто. — ЫзЬоа, 1983, {. Ь., № 59. — Р. 63—73. Приво­дится по реферативному сборнику Государственное предпринимательство в развитых капиталистических странах / Ред. кол. В. А. Виноградов, Ю. А. Борко и др. — М., 1986. — Ч. 2. — С. 305—306.

32.  Карр I,/ Ьез йНа1ез с!ез еп1герге1зез риЬНциез / Ргег. с!е с1е1уо!уег. — Р.: ЫЬг. (?е-

пега!е ^е ^ипзршёепсе, 1983. — 5. 139—167.