Понятие «ответственность» используется в  политике,  экономике, социологии. в хозяйственном праве         Этот термин часто встречается и в средст-

вах массовой информации. Но, пожалуй, наиболее широко он используется в праве. И это закономерно, так как в праве «обя­занность без ответственности — юриди­чески ничто, лишь благое пожелание» [1].

В специальной юридической литературе, на страницах печати сейчас нередко можно встретить утверждения о том, что в условиях становления рыночных отно­шений и отказа от методов административно-командного управления экономикой возрастает роль ответственности и расширяется сфера ее применения [2, 3]. Что же она собой представляет?

Сразу же отметим, хотя достижения юридической науки в этой области несо­мненны, все же понятие юридической ответственности среди правоведов продол­жает оставаться одним из наиболее дискуссионных вопросов. В итоге ее общепри­нятого определения сегодня не существует.

Анализ юридической литературы позволяет выделить здесь два основных, концептуальных подхода или направления к определению понятия юридической ответственности — позитивный и ретроспективный. Сторонники первого направ­ления считают юридическую ответственность составной частью, разновидностью социальной ответственности. Последняя рассматривается ими как явление, су­ществующее при нормальном функционировании правоотношения и не связанное обязательно с правонарушением. Отсюда правовая ответственность, по их мне­нию, — это прежде всего обязанность действовать правомерно, ответственное от­ношение субъектов права к своим обязанностям и т. п. [4; 5; 6].

Таким образом, можно заметить, что сторонники этого направления в понятие ответственности включают и меры принуждения, и меры поощрения, и правосо­знание, и долг. В результате ее содержание становится расплывчатым, неконкрет­ным, теряется специфика юридического понимания ответственности. Поэтому предложения о таком безграничном расширении понятия ответственности, вплоть до общеупотребительского смысла, нужно признать неприемлемыми, так как они еще более усложняют задачу установления ее точного значения. В свою очередь это затрудняет ее четкую характеристику, определение и отграничение от других правовых явлений.

С этой точки зрения более предпочтительным выглядит все же традиционный, ретроспективный подход. Его сторонники четко ограничивают проспективную (позитивную) ответственность от ответственности юридической, трактуя послед­нюю как последствие правонарушения, как наказание за прошлое противоправное поведение. Иначе говоря, она используется для обозначения отрицательных по­следствий противоправного поведения.

Однако и среди сторонников этого направления нет единства взглядов отно­сительно данного понятия. Одни авторы определяют ответственность как приме­нение (реализацию) санкции, предусмотренной нормой права в случае правонару­шения [2], другие — как исполнение обязанности на основе государственного или приравненного к нему общественного принуждения [1], третьи — как правоотно­шение, возникающее между правонарушителем и государством или компетентным государственным органом [8; 9]. Мнения сторонников этого направления разде­лились и в вопросе относительно содержания ответственности.

Авторы, трактующие ответственность как применение (реализацию) санкции, а соответственно и как меру государственного принуждения, включают в содер­жание понятия ответственности все случаи государственного принуждения к ис­полнению субъектом права своих обязанностей, даже если это не влечет каких-либо дополнительных лишений для правонарушителя. Взыскание недоимки с предприятия или принудительное взыскание суммы денежного долга, изъятие у правонарушителя похищенной вещи или принудительное выселение лица, незакон­но занявшего жилое помещение, и т п. — все это включается ими в единое по­нятие ответственности.

Те же авторы, которые рассматривают ответственность как исполнение обя­занности под принуждением, включают соответственно в ее содержание лишь случаи исполнения обязанности, опосредованные государственным принуждением. По их мнению, добровольное исполнение обязанности не является юридической ответственностью, так как отсутствует какое-то новое правоотношение.

Еще одна группа сторонников ретроспективного направления, трактующая от­ветственность как новое правоотношение, напротив, считает, что государственное принуждение к исполнению нарушенной обязанности не является юридической от­ветственностью. При этом в защиту данного утверждения они ссылаются на то, что само по себе принуждение к исполнению обязанности ничего не добавляет к ее содержанию, а поэтому не может быть признано юридической ответственно­стью. Принуждение в данном случае направлено лишь на обеспечение существу­ющей обязанности, с его помощью достигается исправление отклонения поведения субъекта от требований права. Иными словами, с помощью государственного при­нуждения субъекты права приводятся в то положение, в котором они должны были находиться в соответствии с требованиями закона [10; 11; 12; 8]. Таким об­разом, сторонники этой точки зрения включают в содержание понятия ответствен­ности только те случаи, когда при нарушении обязанности на субъекта права возлапаются новые либо дополнительные обязанности, возникшие из существующего правоотношения. При этом отмечается, что видоизменения, равно как и новые обязанности, должны быть связаны с отрицательными последствиями для лица или организации, допустившей правонарушение.

Конечно, отсутствие единого общетеоретического понятия юридической ответ­ственности в определенной мере затруднило его разработку в отраслевых науках, в том числе и в хозяйственном праве. Тем не менее здесь уже не наблюдается таких принципиальных расхождений во взглядах, такого разброса мнений, как это имеет место в общей теории права.

Прежде всего все сторонники хозяйственного права рассматривают хозяй­ственно-правовую ответственность только в ретроспективном плане, как послед­ствие правонарушения, как неблагоприятные экономические последствия. Едины сторонники хозяйственного права и в вопросе относительно субъекта ответствен­ности. Им является только субъект хозяйствования, а не отдельные граждане. Кроме того, у них нет особых расхождений во взглядах по вопросу отнесения к числу мер ответственности денежных санкций (неустойки, штрафы, пени и возме­щения убытков). Расхождения касаются в основном лишь возможности охвата этим понятием некоторых других санкций, используемых в хозяйственных отно­шениях. Так, например, В. С. Мартемьянов в одной из своих последних работ разделил санкции на две большие группы: а) санкции как любые последствия на­рушения правовых норм; б) меры ответственности, связанные с имущественным наказанием нарушителя. Соответственно те меры, где имущественное воздействие оказалось не связанным с безэквивалентным лишением имущества (уплата субъ­ектом хозяйствования штрафа, пени и т. п.), отнесены им к санкциям — мерам ответственности [13]. В данном вопросе В. С. Мартемьянов полностью разделяет взгляд Н. С. Малеина [10]. В отличие от них А. Я. Пилипенко и В. С. Щерби­на, соглашаясь, что хозяйственно-правовая ответственность по своему содержа­нию в целом является материальной (экономической), включают в это понятие на­ряду с взысканием убытков, уплатой неустойки, штрафа, пени и такие меры материального воздействия, как принудительные выплаты, неполучение причи­тающихся сумм. При этом наивысшей экономической санкцией они считают про­цессуальное (арбитражное) объявление хозяйствующего субъекта-должника бан­кротом [14].

Иную позицию заняла Г. Д. Отнюкова. Меры реагирования на те или иные хозяйственные правонарушения она разделила на три группы: а) оперативные санкции, влекущие неблагоприятные последствия, но не затрагивающие имущест­венную базу ведения предпринимательской деятельности; б) меры имущественной ответственности (убытки, неустойка, штраф, пеня); в) личная предприниматель­ская ответственность, включающая в себя такие меры, как утрата статуса юриди­ческого лица, индивидуального предпринимателя вследствие принудительной лик­видации (банкротства) либо реорганизации путем разделения. Попутно отметим, что к мерам ответственности она относит и экономическую (оценочную) ответ­ственность, направленную на стимулирование (дестимулирование) внутренних подразделений предприятия. Руководствуясь вышеприведенной классификацией, она пришла к выводу, что хозяйственно-правовая ответственность «это вид небла­гоприятных последствий, заключающийся в лишении правонарушителя (изъятия у него) имущества, а также в запрещении, прекращении права на осуществление предпринимательской деятельности, принудительной реорганизации или ликвида­ции юридического лица» [15]. Иначе говоря, в понятие ответственности она вклю­чает только две последние группы санкций.

Наиболее последовательную позицию в этом вопросе, как нам представляется, занимает В. К. Мамутов. Хозяйственно-правовая ответственность, с его точки зрения, — это претерпевание (или несение) хозяйственным органом неблагопри­ятных экономических последствий непосредственно в результате применения к не­му предусмотренных законом санкций (мер ответственности) экономического ха­рактера [16]. Во-первых, такое понимание юридической ответственности нашло поддержку и признание в общей теории права. «Ответственность, — пишет С. Н. Братусь, — это не обязанность претерпевания последствий, происте­кающих из правонарушения, а самое их претерпевание в сочетании с принуж­дением» [1].

Во-вторых, она более точна и понятна в отличие от ее трактовки как возло­жения неблагоприятных последствий, предусмотренных нормами права. Нести юридическую ответственность — значит претерпевать, испытывать на себе небла­гоприятные последствия своих действий (бездействия). Напротив, применение же самих санкций к другим субъектам хозяйствования — это применение, использо­вание мер ответственности, но не сама ответственность.

В-третьих, она позволяет довольно четко ответить и на такой давно спорный в литературе вопрос, с какого момента (стадии) возникает юридическая ответ­ственность? Как известно, одни ученые считают таким моментом момент совер­шения правонарушения [17], другие — момент привлечения лица к ответствен­ности (например, привлечение правонарушителя в качестве обвиняемого) [18], третьи — момент вынесения судом решения (приговора) [9]. Если же ответ­ственность рассматривать как претерпевание, то становится понятным, что пре­терпевать неблагоприятные последствия правонарушитель может только после того, как у него будет изъято имущество либо он будет ограничен в правоспособ­ности и т. п. Иными словами, моментом возникновения ответственности является момент изъятия у субъекта хозяйствования или участника хозяйственных отноше­ний имущества без какой-либо компенсации либо момент ограничения его право­способности. В противном случае следовало бы придти к выводу, что хозяйствен­но-правовая ответственность возможна и при утрате управомоченным лицом приказа хозяйственного (третейского) суда и непредъявлении его к исполнению.

В-четвертых, трактовка ответственности как претерпевания не исключает, а, напротив, предполагает, что такое претерпевание может выражаться как в виде лишения правонарушителя — субъекта хозяйствования части имущества без ка­кой-либо компенсации, так и в виде ограничения его правоспособности. Если в первом случае имеется в виду применение к правонарушителю таких санкций, как неустойка, штраф, пеня и возмещение убытков, то во втором речь идет о приме­нении таких экономических санкций, которые включают в себя меры, направлен­ные на ликвидацию конкретного субъективного права (приостановление действия лицензии или ее аннулирование, запрещение выпуска ценных бумаг, принудитель­ный раздел монопольного образования, приостановка операций по счетам в банке и т. п.). Причем такие санкции могут применяться к правонарушителю как самим потерпевшим — субъектом хозяйствования, так и от имени государства соответ­ствующими органами управления, указанными в законе.

В-пятых, она позволяет прийти к выводу о том, что хозяйственно-правовая ответственность далеко не исчерпывается тем, что обычно охватывается понятием материальной (имущественной) ответственности. Она значительно богаче и шире последней, так как применяется не только в традиционных отношениях «по гори­зонтали», но и «вертикальных», «диагональных» и во внутрихозяйственных отно­шениях.

Хозяйственно-правовая ответственность, как видно из изложенного, отли­чается совокупностью определенных признаков. К их числу можно отнести следующие:

1)  субъектами ответственности являются как субъекты хозяйствования и их структурные подразделения, так и участники хозяйственных отношений, в том числе министерства, ведомства и их органы, осуществляющие контроль за соблю­дением правил (или условий) ведения хозяйственной деятельности;

2)  при привлечении к ней речь идет (в конечном счете) о претерпевании не­благоприятных последствий экономического характера, независимо от того, при­меняются ли  только  денежные санкции  (неустойка,  штраф,  пеня,  возмещение убытков) или также такие, которые ограничивают правоспособность хозяйствую­щего субъекта;

3)  она применяется в форме определенной системы экономических санкций, предусмотренной и хозяйственным законодательством, и заключенными договора­ми, и локальными нормативными актами субъектов хозяйствования;

4)  она применяется только в случае правонарушения, то есть на таком юри­дическом основании как объективные противоправные действия или бездеятель­ность правонарушителя. При этом речь идет о правонарушениях, выражающихся как в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательств перед контраген­тами или во внутрихозяйственных отношениях, так и в нарушении правил осу­ществления хозяйственной деятельности;

5)  в отличие от ответственности гражданско-правовой, административно-пра­вовой, ответственности по трудовому праву и т. д. она наступает независимо от вины правонарушителя. Как правило, только обстоятельства, которые относятся к непреодолимой силе (форс-мажорные) исключают хозяйственно-правовую ответ­ственность субъекта хозяйствования. В порядке исключения законом или догово­ром может быть установлена ответственность и за вину.

И наконец, с точки зрения формы данная ответственность является юридиче­ской, так как представляет собой воздействие (влияние) потерпевшего (субъекта хозяйствования) или иного участника хозяйственных отношений (государственно­го органа управления или контроля) на правонарушителя (субъекта хозяйствова­ния) непосредственно или с помощью хозяйственного суда, суда общей юрисдик­ции или третейского суда.

Итак, из вышеприведенного можно заключить, что хозяйственно-правовая от­ветственность представляет собой определенный механизм переложения неблаго­приятных последствий с одного участника хозяйственных отношений на другого. Этим она отличается от ответственности экономической.

Экономическая ответственность — это претерпевание хозяйствующим субъ­ектом отрицательных экономических последствий не чужой, а своей неэффектив­ной хозяйственной деятельности (бездеятельности) ввиду отражения этих послед­ствий на его имущественной сфере. Отрицательные экономические последствия могут быть результатом влияния различных факторов (причин) — перерасхода материальных и трудовых ресурсов, непроизводительного использования основ­ных фондов, плохой организации правовой работы по возмещению ущерба, непри­нятия мер в случае незаконного приостановления действия лицензии и т. п. Соот­ветственно и экономическая ответственность может быть непосредственным «автоматическим» (органическим) следствием недостатков и упущений в хозяй­ственной деятельности (бездеятельности) субъекта права либо следствием приме­нения к нему его контрагентами или уполномоченными государством органами санкций экономического характера за допущенные им правонарушения.

В первом случае претерпевание отрицательных экономических последствий получает внешнее выражение просто в регламентированной правовыми предписа­ниями форме «отнесения потерь (затрат, убытков) на результаты хозяйственной деятельности» и отражения их в балансе хозяйствующего субъекта. Применитель­но к этому виду претерпевания неблагоприятных последствий и было сформу­лировано в юридической литературе понятие экономической (или общехозяйствен­ной) ответственности. Во втором случае экономическая ответственность выступает как экономическое содержание юридических санкций. В такой форме в юридической литературе она обычно называется юридической материальной от­ветственностью.

Понятие экономической ответственности применяется в литературе в двух значениях: в узком, как претерпевание отрицательных экономических последствий в результате нерационального хозяйствования безотносительно к правоотношени­ям с другими субъектами права, и в широком, как претерпевание отрицательных экономических последствий в результате нерационального хозяйствования, включающего и невыполнение своих юридических обязательств перед другими субъектами.

Если по вине своих управляющих или других работников экономическую от­ветственность понес хозяйствующий субъект, являющийся предприятием, органи­зацией, то его экономическая ответственность может служить основанием для привлечения их к персональной (дисциплинарной, материальной, административ­ной, уголовной) ответственности. Возникновение же отрицательных экономических последствии в результате неправомерных действии других организации мо­жет служить основанием для переложения этих последствий в плоскость их иму­щественной сферы путем взыскания с них убытков или применения к ним иных санкций экономического характера. Применение мер юридической ответственно­сти к другим лицам служит здесь средством устранения собственной экономиче­ской ответственности.

Экономическая ответственность — категория в основе своей экономическая, но включающая юридический элемент — «списание на результаты деятельности», то есть юридическую форму, предусмотренную установленным правом общим по­рядком ведения хозяйственной деятельности, правилами хозяйственного учета и отчетности. В связи с этим экономическая ответственность может рассматривать­ся как категория, в которой соединены экономические и юридические элементы, как категория экономико-правовая, отражающая такое соединение. В экономиче­ской литературе понятие экономической ответственности используется также в «очищенном» от юридической оболочки виде как категория политэкономии.