Понятия «базис» и «надстройка» — соотносительные катего­рии исторического материализма. Они введены К. Марксом и Ф. Энгельсом для характеристики основных структурных элемен­тов общественно-экономической формации, ее сущностной основы и вместе с тем ее качественного своеобразия. Поэтому они не мо­гут и не должны рассматриваться изолированно, вне связи с по­нятием формации, что и является методологической основой их анализа в данной главе.

Классический анализ базиса и надстройки в их диалектическом взаимодействии дан К. Марксом в работе «К критике политиче­ской экономии». «В общественном производстве своей жизни лю­ди,— писал он,— вступают в определенные, необходимые, от их воли не зависящие отношения — производственные отношения, которые соответствуют определенной ступени развития их матери­альных производительных сил. Совокупность этих производствен­ных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и полити­ческая надстройка и которому соответствуют определенные формы общественного сознания»1 . Из приведенного высказывания следует важный методологический вывод, согласно которому сущность экономического базиса составляют материальные, производствен­ные отношения, которые, по словам В. И. Ленина, складываются помимо воли и сознания человека, как (результат) форма деятель­ности, направленной на поддержание его существования ².

Суть сказанного не означает, что сознание вообще отсутствует в рамках экономической, производственной деятельности людей. Речь идет о том, что производственная деятельность осознается не в виде данной системы производственных отношений, а лишь в форме конкретных задач и целей непосредственной деятельности людей. В связи с этим необходимо четко разграничивать экономиче­ский базис, экономическую структуру общества и его экономиче­скую организацию, ибо последняя, основываясь на данном эконо­мическом базисе, несет в себе субъективное, сознательное начало. Капиталист, писал Маркс, потому и организует производство, что он капиталист. Иначе говоря, объективное место капиталиста в системе экономических отношений буржуазного общества требует от него определенной организации общественного производства на сознательном уровне.

Итак, базис — это экономическая структура общества, свойст­венная ему совокупность производственных отношений.

Как же следует понимать эту совокупность? Как совокупность структурных элементов господствующего типа производственных отношений (отношений собственности, обмена деятельностью и распределения) или как совокупность всех производственных отно­шений, включая господствующие, остатки прошлых и зачатки бу­дущих, формирующихся производственных отношений, сущест­вующих на данной ступени общественного развития? Оба пони­мания рассматриваемого вопроса по-своему справедливы, поэтому противопоставлять их друг другу нельзя. Понимание экономиче­ского базиса как господствующего типа производственных отноше­ний лишь раскрывает его сущность, позволяет однозначно опреде­лить его тип, характер, но вместе с тем не выявляет полной эконо­мической картины определенного, конкретного общества на данном этапе его развития. Тем более если учесть, что сама практика об­щественного развития не дает нам конкретных базисов в их чистом виде, то более правильным следует считать понимание экономиче­ского базиса как совокупности всех производственных отношений, существующих в обществе на данной ступени его развития, при ве­дущей, определяющей роли господствующего типа производствен­ных отношений, обусловленного данным способом производства и обусловливающего, в свою очередь, качественное своеобразие и исторический тип конкретного экономического базиса.

Кроме экономического базиса в каждой общественно-экономи­ческой формации существует технический базис. Он представляет собой совокупность средств производства и производственно-техни­ческих отношений людей, составляющих определенную организа­цию производительных сил. Каждая формация может существо­вать и развиваться, лишь развивая и совершенствуя свой, адекват­ный ей технический базис. Вот почему одной из главных задач по­строения нового общества является задача создания соответствую­щей ему материально-технической базы. Технический базис — мерило технической зрелости данного общества, но сам по себе он не определяет социального облика общественно-экономической формации. Сама техника социально нейтральна. Машина есть машина. И лишь включенная в определенную систему производствен­ных отношений, она выполняет социальные функции. Таким обра­зом, социальная обусловленность самого технического базиса на­ходится в непосредственной зависимости от характера господст­вующих производственно-экономических отношений, которые и определяют характер и направленность его развития.

Однако современные буржуазные социологи (У. Ростоу, Р. Арон, 3. Бжезинский и др.), авторы ряда «технократических» концепций современного общественного развития рассматривают технику саму по себе, вне определенной системы производственных отношений, как нечто изначальное и автономное в развитии обще­ства, как основу социального прогресса. Согласно 3. Бжезинскому, техника подчиняется лишь внутренней логике развития, является основным фактором, определяющим социальные сдвиги, изменения нравов, социальной структуры, ценностей, общества в целом. Что же касается экономики, то она, по признанию названных теорети­ков, не является доминирующим, ведущим началом в жизни и раз­витии общества. Смысл всех этих рассуждений сводится к призна­нию примата техники, к отрицанию экономических отношений как материального фундамента жизни общества, а значит, к игнориро­ванию марксистско-ленинского учения о базисе и надстройке. «Нужно считаться,— говорил французский социолог Р. Арон,— со значительностью всех форм человеческой деятельности и не пы­таться противопоставить базис, понимаемый как нечто материаль­ное, надстройке, определяемой как идеологическое»¹.

Согласно марксистско-ленинской теории, экономический базис, будучи «скелетом» общественно-экономической формации, высту­пает объективным основанием, на котором формируется надстрой­ка данного общества. Надстройка, будучи отражением и порожде­нием данного экономического базиса, является вторичным общест­венным образованием и, следовательно, определяющим компонен­том духовной жизни общества. Специфика надстроечных явлений состоит в том, что они, прежде чем сложиться, «проходят через сознание»². Таким образом, сознательный фактор оказывается определяющим на уровне надстройки. Решающая роль в механизме отражения базиса в надстройке принадлежит экономическим инте­ресам людей. «Экономические отношения каждого данного общест­ва,— писал Ф. Энгельс,— проявляются прежде всего как интере­сы»³. Как таковые, они являются выражением экономических ус­ловий жизни людей и их потребностей. Эти интересы обусловлива­ют в конечном счете появление соответствующих идей, теорий (политических, правовых, религиозных, нравственных, эстетических и др.), идеологических отношений и практически-организационных форм их закрепления — учреждений и институтов надстройки (государства, политических партий, профсоюзов, культурно-про­светительных организаций и т. д.). Таким образом, в сфере осозна­ния социальных интересов происходит переход социально-объек­тивного в социально-субъективное, формируется надстройка дан­ного общества.

Итак, надстройка — это совокупность общественных идей и тео­рий, идеологических отношений и соответствующих им учрежде­ний и организаций, возникающих на основе данного экономическо­го базиса.

Как следует из определения, надстройка структурно неоднород­на. Она включает в себя разнородные социальные явления, находя­щиеся в определенной взаимосвязи, ведущими из которых являют­ся общественные идеи. Именно они, будучи осознанием экономиче­ских отношений людей через призму их социальных интересов, оп­ределяют характер идеологических отношений и соответствующих им учреждений. Следовательно, сущность учреждений надстройки раскрывает не их вещественный атрибут, не их вещественные фор­мы организации, хотя они и играют немаловажную роль, а в конеч-ном счете экономический базис, предварительно отраженный в системе общественных идей. В силу того что общественные потреб­ности весьма разнообразны, отражение их в сфере общественного сознания происходит дифференцированно, в форме различных идей и теорий: политических, правовых, нравственных, эстетиче­ских, этических, религиозных и др. Соответственно им возникают и качественно различные виды духовной деятельности и орга­низации, а вместе с тем и различные формы надстройки, которые, будучи относительно автономны, органически связаны между собой.