Структура, в каком бы плане мы ее ни рассматривали ( в соотношении ли с содержанием, или с элементами, или с функцией), играет определяющую роль в образовании и существовании вещи. Именно она превращает взаимодействующие материальные образования в элементы системы, а вместе с этим и в части целого. Для системы характерны: расчлененность на отдельные, относительно самостоятельные элементы, определенный тип их взаимосвязи и целостность.

Понимаемая таким образом система оказывается тождественной вещи, материальному образованию. В самом деле, вещь (материальное образование) представляет собой расчлененное на отдельные относительно самостоятельные элементы целое, в котором эти элементы находятся в органической взаимосвязи и взаимозависимости.

Будучи целостной системой, вещь не является изолированной от других вещей, она с ними взаимодействует и при соответствующих условиях образует новые, более сложные системы (вещи), становясь их элементом. А эти последние, взаимодействуя с другими целостными системами (вещами), образуют еще более сложные системы, превращаясь в их элементы, и так далее без конца. В результате всего этого материальный мир предстает перед нами в виде последовательных ступеней развития, образования иерархии систем, где системы каждого уровня являются, в свою очередь, элементами следующего, более высокого уровня. Являясь противоположностями, элемент и система в процессе развития материи переходят друг в друга, обусловливая появление новых, все более и более сложных и богатых по своему содержанию материальных образований.

Вещь как система, как единство взаимосвязанных элементов представляет собой целое, а составляющие ее элементы выступают в качестве ее частей. Частью является материальное образование, входящее в состав другого материального образования и выступающее в качестве момента его содержания или формы. Целым является материальное образование, включающее в себя в виде взаимосвязанных элементов другие материальные образования и обладающее свойствами, не сводящимися к свойствам составляющих его частей.

Поскольку элементы, образующие целостную систему, выступают в качестве ее частей, возникает необходимость в сопоставлении категорий «часть» и «элемент», выявлении сходства и различий между ними.

И понятие «часть» и понятие «элемент» имеют смысл лишь в отношении к определенному целому. Часть вне целого представляет собой не часть, а самостоятельное материальное образование, вещь. Точно так же обстоит дело и с элементом. Пока та или иная реальность не вступила во взаимодействие с другими реальностями и не образовала вместе с ними целостную систему, она не является элементом, а представляет собой вещь. Лишь с вхождением в соответствующую структуру, с вступлением во взаимосвязь с другими реальностями, приводящую к возникновению новой целостной системы, она из вещи превращается в элемент. И часть, и элемент выражают специфику целого, выступают носителями его свойств, качественной определенности.

Различие понятий части и элемента заключается в том, что первое обозначает и компоненты, образующие целое, и их взаимодействия между собой, и свойственные им отношения и связи, второе же применимо лишь к компонентам, находящимся в определенной взаимосвязи и образующим в результате этого целостную систему. Элементами, таким образом, могут быть лишь такие реальности, которые, обладая определенной самостоятельностью, участвуют во взаимодействии, образуют ту или иную целостную систему и выполняют в ней строго определенные функции. Понятие «часть» является более общим, чем понятие «элемент», оно применимо к элементам, образующим вещь (все они являются ее частями), к их отдельным связям и даже ко всей их совокупности, то есть к структуре. Последняя представляет собой часть вещи, целостной си стемы.

Часть и целое находятся между собой в органической взаимосвязи и взаимозависимости. Природа целого, его сущность, качественные и количественные характеристики зависят от природы

составляющих его частей. Но сами части испытывают на себе воздействие целого, в состав которого они входят, так или иначе выражают его сущность, качественную определенность.

Категории целого и части, являясь определенной формой освоения действительности, помогают уяснить, раскрыть, отобразить проблему единства мира, точнее, один из аспектов этой проблемы, выраженный в противоречии единого и многого, делимости и единства мира, многообразия и взаимосвязи явлений действительности. Эта проблема по-разному решалась в истории научного познания, а следовательно, по-разному понималось соотношение категорий целого и части.

Можно выделить две крайние точки зрения: преувеличение роли единства по сравнению с многообразием, целого по сравнению с частями, с одной стороны, и сведение единого к многому, целого к частям — с другой. В античной философии к первой точке зрения были близки элеаты, у которых мир обладает реальным бытием только как целое, неизменное, неподвижное бытие, а изменчивость, делимость не обладают реальным бытием, это лишь кажущиеся свойства мира. Согласно Аристотелю, хотя части и обладают таким же реальным существованием, как целое, однако целое играет главную, преобладающую роль, достаточно вспомнить хотя бы его «форму форм». Подобное же понимание соотношения части и целого было свойственно и философии средневековья. В современной буржуазной философии эта точка зрения представлена в неотомизме, возродившем идеи средневековой теологии, а также в ряде идеалистических учений.

Вторая точка зрения представлена в основном во взглядах домарксовских материалистов. В античной мысли — это Эмпедокл, сводивший мир к основным элементам: огню, воздуху, воде и земле; Анаксагор, представлявший мир состоящим из разнокачественных гомеомери; это и Левкипп и Демокрит, основоположники атомистики, согласно которым материя состоит из мельчайших частиц — атомов.

В Новое время в естествознании господствовала идея преобладания части над целым с присущими науке этого периода номиналистическими тенденциями. Хотя эта позиция во многих отношениях и была прогрессивной для своего времени,' однако исходя из нее не всегда оказывается объяснимым образование целого из частей. Для устранения этих трудностей вводились некие силы, с помощью которых части объединяются в целое. У Эмпедокла роль этих сил выполняли «любовь» и «ненависть»; у Анаксагора—«ум»; различного рода нематериальные силы использовались в ряде идеалистических учений Нового времени и современности, например в витализме и неовитализме, холизме с его непознаваемым «фактором целостности».

В настоящее время проблема части и целого связана с проблемой изучения чрезвычайно сложных объектов, для которых уже недостаточно внешнего, описательного характера исследований, а необходимо изучение их целостных свойств в единстве их внутреннего строения и внешних взаимосвязей. Изменение в характере исследований привело к формированию новых средств и методов познания. Возникли, например, такие специальные методы и теории, как исследование операций и системный анализ в организации управления социально-экономическими процессами; структурные методы в лингвистике, психологии и этнографии; методы кибернетики на базе нескольких наук; системный подход в различных областях знаний; общая теория систем в биологии, математике и ряде других научных областей.

Особенностью этих новых методов и теорий явился новый подход к исследуемым объектам, при котором целостный объект стал познаваться не через его аналитическое членение и исследование отдельных частей с последующим их синтезом и не через изучение отдельных взаимосвязей данного объекта с другими образованиями, а путем непосредственного изучения целостных свойств объекта. Данные исследования с самого своего возникновения вобрали в себя конгломерат понятийных средств, взятых из различных областей знания. Лишь постепенно в процессе совершенствования этих исследований, по мере выявления их основных идей происходило очищение их понятийного аппарата, возникали новые понятия разной степени общности, видоизменялись старые, происходило совершенствование их связей и отношений.

В результате такой перестройки категориального аппарата науки и возникли широко распространенные в настоящее время понятия системы, структуры и элемента. Эти понятия оформились в науке как необходимый компонент исследований сравнительно недавно и в результате довольно интенсивного их изучения в рамках системно-структурных исследований, проводившихся в последние десятилетия как в конкретных науках, так и на философском уровне, приобрели вполне определенный категориальный статус: их место в научном познании определяется необходимостью дальнейшей конкретизации категорий содержания и формы.