Основным вопросом философии, как отмечалось, является вопрос о соотношении материи и сознания. Поэтому изложение основ диалектического и исторического материализма мы должны начать с выяснения того, что собой представляет материя и как она связана с сознанием.

В материалистических учениях материя определяется как субстанция, основа всех вещей и явлений в мире. Этот взгляд противостоит идеалистическому миропониманию, принимающему в качестве первоосновы всего существующего то или иное духовное начало — божественную волю, абсолютный дух, оторванное от моз­га и обожествленное человеческое сознание и т. п.

В домарксистском материализме субстанция трактовалась обычно как шервоматерия», сводилась к определенным первич­ным и бесструктурным элементам. Еще философы древности стре­мились найти так называемые первоначала всех вещей, простейшие «кирпичики» мироздания. Так, последователи учения червака (Древняя Индия), признавая единственной реальностью материю, первоначалами объявляли землю, воду, огонь и воздух. В материа­листических учениях милетской школы (Древняя Греция) суб­станцией считались отдельные конкретные формы вещества: вода (Фалес), воздух (Анаксимен); в философии Анаксимандра суб­станцией считалась некоторая бесконечная, неопределенная ма­терия — апейрон. Гераклит первоосновой всего сущего считал огонь. Основоположники атомистики древнегреческие философы Левкипп и Демокрит признавали два первоначала: атомы и пустоту. Они утверждали, что все многообразие мира зависит от соеди­нения и разъединения атомов — мельчайших неделимых частиц материи.

Древние материалисты не видели различия между материей и конкретными материальными объектами. Такой подход был в основном традиционным для философов-материалистов и в после­дующие эпохи. Даже в XX веке философы и естествоиспытатели, не приемлющие принципов материалистической диалектики, по-прежнему пытаются ставить знак равенства между материей и веществом (или даже между материей и одним из свойств вещест­ва — массой). На рубеже XIX — XX веков в условиях революции в естествознании это привело некоторых естествоиспытателей к выводу об «исчезновении материи». В. И. Ленин в работе «Материа­лизм и эмпириокритицизм» убедительно показал причины этого ложного метафизического вывода.

Правда, в метафизическом (механистическом) материализме Нового времени в основе понимания материи чаще всего лежало не понятие первичного материального начала, а понятие основных, первичных, неизмененных свойств, общих для всех материальных предметов. В эту же эпоху в материалистической философии воз­никает и иная тенденция в понимании материи. Так, для Дж. Бру­но (1548—1600) и Б. Спинозы материя представляет собой весь материальный мир в целом. В противоположность идеализму и дуализму, Спиноза считал, что реально существует лишь природа, являющаяся причиной самой себя. Этот принципиально новый взгляд на мир имел особенно важное значение для развития фило­софского понимания материи.

Начиная с XVIII века в материалистических учениях (прежде всего в трудах Д. Дидро и П. Гольбаха) формируются общетеоре­тические, философские предпосылки современного научного по­нимания материи. Так, у Гольбаха категория материи уже не отождествлялась с конкретными физическими и вообще определен­ными свойствами материальных объектов. Для него все, что действует на наши органы чувств, есть материя. «...Материя, — писал он, — вообще есть все то, что воздействует каким-нибудь образом на наши чувства...»¹ Значительный вклад в развитие фи­лософских представлений о материи внес Л. Фейербах. Он под­черкивал объективность материи, ее существование «вне нас», независимо от мышления. Философское учение о материальном единстве мира решительно отстаивали русские революционные демократы 40—60-х годов XIX века В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский и др.

Однако домарксовский материализм не мог разработать по­следовательное учение о материи. Только основоположники диа­лектического материализма К. Маркс и Ф. Энгельс впервые смогли научно поставить и решить вопрос о материи как философской категории, выражающей понятие единства (цельности) мира, того общего, что присуще всем без исключения материальным объектам. Они подчеркивали всеобщность и неисчерпаемость материи, качественное многообразие ее форм, ее прерывность (дискретность) и непрерывность, то, что материю нельзя свести  к какому-то одному ее виду, например, к веществу, как это делали
многие их предшественники. Диалектико-материалистическое по­нимание материи основоположники марксизма активно исполь­зовали в борьбе против идеализма, метафизического материализ­ма и религии.           

В. И. Ленин, обобщая достижения естествознания конца XIX — начала XX века, развил дальше марксистское учение о материи. В «Материализме и эмпириокритицизме» он впервые дал развер­нутое диалектическое определение материи, которое стало одним из фундаментальных положений марксистско-ленинской филосо­фии. «Материя, — писал он, — есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощу­щениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них»¹.

Рассмотрим основные признаки материи, о которых идет речь в ленинском определении.

1. Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, существующей независимо от наших ощущений (то есть вне нашего сознания), независимо от нас. Такое понимание материи отграничивает научный, материалисти­ческий взгляд на нее от точки зрения объективных идеалистов. От­сюда понятна также абсурдность суждений субъективных идеали­стов о том, что материя — это, мол, комплекс наших ощущений, логическое построение и т. п. Ленинское определение материи направлено и против дуалистической трактовки соотношения души и тела как двух параллельных, не связанных друг с другом «субстанций». Лишены смысла попытки современных теологов совместить понятие материи с религией. Если в XVIII веке епископ Беркли, утверждая, что «материя — ничто», призывал изгнать само понятие материи из науки, так как из него вырастают материализм и атеизм, то в наши дни некоторые богословы лю­бят подчеркивать единство духа и материи. Но в чем суть этого единства? Для диалектического материализма дух, сознание — продукт высокоорганизованной материи, мозга, высшая, свойст­венная лишь человеку форма отражения объективной дейст­вительности. Богословы же, напротив, считают, что «дух прояв­ляется в материи», а следовательно, составляет основу (сущность) материи. Приспосабливаясь к духу времени, современные теологи пытаются в какой-то мере подновить религию, что нередко ведет к сближению их взглядов с воззрениями объективных идеалистов.

2. Объективная реальность дана человеку в его ощущениях. Однако они обусловливаются не только его собственной позна­вательной способностью, как утверждает субъективный идеализм,

и не каким-то вымышленным сверхиндивидуальным духовным началом, мировым разумом и т. п., как считает объективный идеа­лизм, а реальным, объективно существующим материальным миром. Независимо от того, воспринимаем ли мы материальные явления непосредственно — с помощью органов чувств или опосредство­ванно — с помощью дополнительного промежуточного звена (на­пример, приборов), материальная реальность всегда дана человеку в его ощущениях. Ощущение — это результат воздействия ма­териального мира на наши органы чувств. Материя первична, а ощущение (и сознание вообще) вторично, производно. Ленинское определение материи органически связано с научным, диалектико-материалистическим решением основного вопроса философии, с признанием первичности материи и вторичности мышления, сознания.

3. Материя копируется, фотографируется, отображается на­шими ощущениями, существуя независимо от них. Ощущение и сознание вообще — результат воздействия материального мира на наши органы чувств, показания которых проверяются на прак­тике. Поэтому нет основания сомневаться в познаваемости мира. Следовательно, ленинское определение материи тесно связано также и с решением второй стороны основного вопроса философии, подчеркивает познаваемость мира и его законов.

Ленинское определение материи охватывает собой как все известные ее состояния, так и те состояния, которые будут от­крыты в процессе дальнейшего углубления, развития научного познания. С какими бы удивительными видами и формами мате­рии мы ни столкнулись в будущем, она всегда будет объективной реальностью, существующей вне и независимо от человеческого сознания. Конкретные же знания о материи, имеющие относитель­ный характер, конечно, обязательно будут обогащаться новыми данными, углубляться и изменяться.

Непонимание различия между философским понятием материи и естественнонаучными представлениями о ее строении и свойст­вах может привести к грубым ошибкам. Так, большинство естество­испытателей прошлого века, стоявших на позициях стихийного материализма, считали свои знания о конкретных свойствах мате­рии и ее строении достаточными для понимания того, что пред­ставляет собой материя вообще. Однако в условиях кризиса в фи­зике такая точка зрения оказалась опасной иллюзией.

В конце XIX — начале XX века одно за другим были сдела­ны выдающиеся открытия в области физики. В 1895 году В. К. Рент­ген (1845—1923) открыл неведомые ранее лучи, названные впос­ледствии его именем. В 1896 году А. А. Беккерель (1852—1908) открыл явление радиоактивности. А еще через год Дж. Дж. Том-сон (1856—1940) открыл электрон. В 1900 году М. Планк {1858—1947} выдвинул теорию квантов. В 1905 году была опубликована знаменитая статья А. Эйнштейна (1879—1955) «К электродина­мике движущихся тел», в которой излагалась специальная теория относительности. Эти открытия положили начало современному этапу развития физики, характеризующемуся прежде всего изуче­нием явлений микромира, то есть проникновением науки в глубины материи.

Это была настоящая революция в науке, которая разрушила многие исходные представления физиков прошлого века. Они ошибочно считали, например, что атом — это предел делимости материи, что материя представляет собой нечто непроницаемое. Оказалось, что это не так: был открыт электрон и было доказано, что радиоактивное излучение «пронизывает» материальные пред­меты. Теория квантов М. Планка ломала старую концепцию не­прерывного излучения электромагнитных волн. Наконец, теория А. Эйнштейна заставляла коренным образом изменять устоявшиеся взгляды на пространство и время. Это был, по словам А. Пуанкаре, «всеобщий разгром принципов»¹, всех представлений о мире, всех основ классической физики. Большинство физиков восприняли этот переход на новую ступень познания мира как катастрофу, крушение науки.

Вместо правильного вывода о том, что прежние знания о свой­ствах и строении материи были просто ограничены, что наука пере­шла на новую, более высокую ступень познания, многие ученые стали всерьез рассуждать об «исчезновении» материи, что в ко­нечном счете вело к идеализму и агностицизму. «Суть кризиса современной физики, — писал В. И. Ленин, — состоит в ломке старых законов и основных принципов, в отбрасывании объек­тивной реальности вне сознания, т. е. в замене материализма иде­ализмом и агностицизмом»².

Проанализировав с позиций диалектики новые открытия в физике, В. И. Ленин не только защитил материализм от нападок идеалистической философии, пытавшейся вытеснить его из естест­вознания, но и развил все стороны материалистического учения дальше. Ленин смотрел далеко вперед. Он уже тогда писал, что электрон так же неисчерпаем, как и атом.

Главной причиной кризиса в физике, указывал В. И. Ленин, было незнание физиками диалектики. Дело в том, что господство­вавшие тогда в среде естествоиспытателей метафизические взгляды на мир пришли в явное противоречие с фактами. При помощи старых понятий уже нельзя было объяснить новые открытия. Отсюда появилось сомнение не только в реальности обнаруженных объектов и процессов (например, в реальности электрона и изменения его массы), но и в реальности существования самой материи.

Кризис в физике был вызван также некоторыми частными причинами. Первой из них была математизация физики. Матема­тика — сильнейшее оружие науки. Но применение математических расчетов в физике вызывало подчас впечатление, что эта наука как бы «оторвалась» от конкретных явлений, «ушла» от них в об­ласть сплошных абстракций. Причем сами абстракции при этом рассматривались как сфера «чистой» мысли. Второй такой причи­ной, породившей «физический» идеализм, было ошибочное истол­кование принципа относительности. Во-первых, новые открытия, о которых шла речь, привели к выводу об относительности преж­них физических знаний, в том числе истин, считавшихся ранее совершенно незыблемыми. Во-вторых, существующая релятивность (относительность) материальных процессов связывалась в умах естествоиспытателей с обязательным введением наблюдателя. Иначе говоря, считалось, что определенные процессы относитель­ны только тогда, когда есть исследователь, наблюдающий эти процессы, то есть относительны по отношению к нему. Этот взгляд вел к субъективному идеализму, с точки зрения которого реальный процесс полностью зависит от наблюдающего субъекта.

Выла также еще одна причина. Кризис в физике разразился на рубеже XIX —XX столетий, когда капитализм перерос в свою высшую, монополистическую стадию, когда господствующей идео­логией, оказывающей постоянное давление на умы ученых, ста­новится опирающаяся на идеализм и религию идеология империа­листической буржуазии. Находясь под ее влиянием, некоторые естествоиспытатели стали враждебно относиться к материализму, стремились сопровождать свои научные исследования идеалистиче­скими выводами.

Полное преодоление этого кризиса возможно было лишь на основе диалектического материализма, овладения им представи­телями естествознания. «Материалистический основной дух фи­зики, как и всего современного естествознания, — писал В. И. Ле­нин, — победит все и всяческие кризисы, но только с непременной заменой материализма метафизического материализмом диалек­тическим»'.