Современная буржуазная социология — совокупность взглядов, концепций и учений, выражающих классовые интересы буржуа­зии. Поскольку класс буржуазии неоднороден, неоднородна и бур­жуазная социология, что находит свое отражение в идейно-полити­ческих направлениях: неолиберализме и близких к нему буржуаз­но-реформистских и социал-реформистских теориях, с одной сто­роны, и неоконсерватизме — с другой. Различные слои буржуазии свои классовые интересы выражают в концепциях и доктринах, да­леко не совпадающих в частностях, но единых в одном — стремле­нии оправдать и защитить капиталистические порядки. Этим опре­деляется характерная особенность буржуазной социологии — апо­логия капиталистического строя, пронизывающая все ее аспекты. В качестве официальных, господствующих теорий выступают концепции, отражающие, как правило, интересы монополистиче­ской буржуазии, в руках которой находится политическая власть. Поскольку монополиям свойственно стремление к реакции, то и те­ории, выражающие взгляды монополистической буржуазии, пред­ставляют собой наиболее реакционные черты буржуазной социо­логии в XX столетии. Следовательно, основное содержание совре­менной буржуазной социологии определяется прежде всего харак­тером развития капиталистического строя.

На содержание идей буржуазной социологии влияет и соотно­шение классовых сил на международной арене, борьба между дву­мя социальными системами — социализмом и капитализмом, со­ставляющая главное противоречие современной эпохи. Идеологиче­ская защита империализма ныне невозможна без борьбы с социа­лизмом и марксизмом-ленинизмом. Именно поэтому апология ка­питализма органически сливается с антикоммунизмом и антисове­тизмом. Идеологи монополистической буржуазии и их пособники систематически проводят кампании против СССР и других социа­листических стран.

В отличие от буржуазных течений конца XIX века современная буржуазная мысль далеко не всегда использует открытую и откровенную апологию, наиболее предпочтительными считаются при­крытые и изощренные формы. Более того, апология капитализма находит свое выражение и в критике существующей буржуазной действительности со стороны мелкобуржуазных идеологов. Крити­куя, в частности, те или иные ее стороны, буржуазно-реформист­ские идеологи, ревизионисты, «новые левые», неотроцкисты и др. остаются апологетами буржуазного строя. Они лишь приспосабли­ваются к новым условиям. Здесь следует отметить также один из характерных приемов буржуазно-реформистской идеологии, разо­блаченный еще В. И. Лениным. В книге «Государство и револю­ция» он писал: «...распространенной ошибкой является буржуаз­но-реформистское утверждение, будто монополистический или государственно-монополистический капитализм уже не есть капи­тализм, уже может быть назван «государственным социализмом» и тому подобное»¹.

Идея трансформации капитализма в социализм, которая прони­зывает ныне значительную часть буржуазно-реформистских кон­цепций, в скрытой форме содержит в себе надежду на сохранение капитализма.

Обосновывать правомерность существования исторически из­жившего себя социального строя, каковым является капитализм, с научных позиций невозможно. Поэтому буржуазные социологи в трактовке общественных явлений продолжают оставаться на пози­циях идеализма. Исторический идеализм, преимущественно субъ­ективный, — характерная черта современной буржуазной социоло­гии, выражающей интересы реакционного класса.

Иллюзорность буржуазного сознания находит свое выражение в иррационализме — в попытках, ограничивающих рациональное познание социальных явлений. Тяга к созерцанию, интуиции и т. п. наряду с социальными корнями имеет и свои гносеологические причины. Буржуазное сознание, как извращенное, мистическое со­знание, находит питательную среду в товарном фетишизме, при ко­тором общественные отношения людей принимают форму свойств вещей (товаров) или самих вещей (денег)², а также в стихий­ном характере общественного развития капитализма, сопровожда­емом различного рода социальными катаклизмами (войнами, кри­зисами, безработицей и т. д.). Как и общефилософский, историче­ский идеализм представляет собой преувеличение, абсолютизацию какой-либо черточки, стороны реально существующей социальной действительности. Так, технократический детерминизм, абсолюти­зируя роль техники в общественной жизни, игнорирует или пол­ностью отрицает значение производственных отношений и тем са­мым извращенно толкует развитие в истории.

Ныне исторический идеализм подчас маскируется под материа­лизм. Типичными в этом отношении являются, например, взгляды Р. Арона (1905-1984) и У. Ростоу (р. 1916). Оба они - предста­вители технократического детерминизма. Например, Р. Арон ут­верждал, что все элементы социальной жизни равнозначны в про­цессе развития общества (многофакторный подход), но, будучи непоследовательным в своих суждениях, отдавал предпочтение технике (однофакторный подход). Техника же понималась не как искусственно созданное материальное образование, а как идеальный момент рациональной деятельности людей. Налицо ти­пичный идеализм. У. Ростоу, выступивший с попыткой опроверг­нуть научное учение об общественно-экономической формации, в обосновании своей концепции использует обильный экономиче­ский материал. Однако исходными причинами общественного раз­вития у него выступают не экономические факторы, а сознание вы­дающихся личностей.

Итак, исторический идеализм признает первичным в социаль­ной жизни духовное начало, отводя общественному бытию вторич­ную роль.

Другой чертой современной буржуазной социологии является индетерминизм — отрицание объективно существующих причин­но-следственных связей и других закономерностей социальной жизни. Порожденный объективной бесперспективностью капита­лизма, индетерминизм служит теоретическим средством, которое активно используют многие апологеты империализма. Вне их рас­смотрения остаются общественные законы, познание содержания и функционирования которых может обеспечить истинно научный подход в понимании общества. Но ведь такой подход неминуемо ведет к признанию неизбежной смены капитализма более совер­шенной формацией — коммунистической, что, естественно, идет вразрез с назначением буржуазной социологии.

Индетерминизм в буржуазной социологии сочетается с агнос­тицизмом. Отрицается возможность познания социальных явлений под тем предлогом, что в общественной жизни якобы отсутствуют объективные, причинно-следственные и другие закономерности, присущие лишь природе.

Антинаучность современной буржуазной социологии наглядно проявляется в ее эклектичности. Эклектика — смешение различ­ных точек зрения и взглядов — выступает как основной прин­цип мышления многих буржуазно-реформистских идеологов. Эклектика пронизывает книги У. Ростоу, в которых переплетают­ся такие теории, как концепция единого индустриального обще­ства, теория факторов, теория элиты и др. Она отчетливо прояв­ляется также в работах Р. Арона и других буржуазных социоло­гов.

Для буржуазной социологии, постоянно находящейся в кризис­ном состоянии, характерен глубокий исторический пессимизм. Им­периализм, охваченный экономическим и идейно-политическим кризисом, переживает упадок духовной культуры, который транс­формируется в буржуазном сознании как явление глобальное, меж­дународное. Пессимизм — характерная черта мировоззрения клас­сов, обреченных историей на гибель. Не случайно многие буржуаз­ные идеологи общий кризис капитализма, его упадок и разложение воспринимают как тотальную катастрофу.

Наиболее отчетливо пессимизм (ожидание гибели, надвигаю­щейся «мировой ночи») чувствуется в воззрениях представителей франкфуртской школы. У экзистенциалистов пессимизм выступает в форме представлений о трагизме существования личности, ее одиночестве, обреченности, индивидуализме. Идеи пессимизма присущи и идеологам правого ревизионизма, смыкающегося с бур­жуазной социологией в борьбе против марксизма-ленинизма.

Внутри буржуазной социологии XX столетия четко различают­ся два различных подхода к исследованию общества. Представите­ли одного из них сосредоточивают свое внимание на рассмотрении общих проблем, разработке концепций, охватывающих общество в целом, общих принципов его функционирования и развития. Пред­ставители другого занимаются исследованием отдельных локаль­ных сфер общественной жизни, той или иной специальной облас­ти — социальной структуры, социального планирования, полити­ческих отношений, семьи, занятости людей, досуга людей, спорта и т. д. Первое направление представляет собой философию истории, или социальную философию, второе — эмпирическую социологию.