Реформы эпохи танзимата не коснулись системы политической власти: султан по-прежнему сохранял за собой номинально всю полноту государственной власти. Секуляризация государственной организации, администрации, культуры даже усилии ее. Значение и влияние шейх-уль-исламов в XIX в. сократились, за ними остались только собственно духовное управление и духовно-культурные дела.

Центральная администрация была перестроена по общеевропейскому образцу. С 1839 г. великого визиря (садразама) стали именовать премьер-министром, хотя позднее прежний титул неоднократно возвращался. Подчиненные ему высшие должностные лица стали составлять Совет министров. Совет министров постепенно воспринял функции и аппарат терявшего с XVIII в. свой организационно-политический статус Дивана. С организацией правильных ведомств-министерств к Совету министров (меджлису) реально перешли полномочия высшего правительственного органа. Традиционно в его состав входили, помимо глав министерств, высшие военачальники, руководители особых дворцовых служб, шейх-уль-ислам. В силу традиции меджлис не имел самостоятельной исполнительной власти, и его решения подлежали одобрению султана. Назначались члены меджлиса также указами монарха по представлению великого визиря.

Министерства были учреждены в разное время, следуя назревшим потребностям управления той или другой отраслью. Первыми появились министерства внутренних дел (как бывшее ведомство великого визиря) и министерство иностранных дел (1836-1837 гг.). В связи с началом военных реформ обособились военное министерство и ведомство военно-морских дел. При этом верховное командование армией и флотом осталось за великим визирем, а реальные полномочия ведомств свелись к организации войсковых частей, их вооружению и содержанию. К концу танзимата насчитывалось уже свыше десятка новых министерств: финансов, торговли и земледелия, полиции, юстиции, просвещения, общественных работ, церковных имуществ-вакуфов и др. В системе центральных ведомств несомненно было влияние французского административного опыта начала XIX в. Однако внутренняя организация министерств, их взаимоотношения с высшим правительством – Портой остались традиционными.

Наиболее существенным новым элементом организации высшей правительственной власти было образование целого ряда правительственных советов – как общеимперского, так и специального значения. Одним из наиболее значимых и самым первым стал Высший совет юридических установлений (1838 г., реорганизован в 1840 г.). В него входили 10 высших сановников во главе с председателем. В задачу совета входило главным образом предварительное обсуждение законопроектов и султанских указов. Это был чисто гражданский и светский орган, поэтому влияния на военные дела он не имел. Согласно Уставу о совете 1840 г. обсужденные и одобренные советом проекты должны были почти автоматически получать одобрение султана, и после его указа и, при необходимости, фетвы шейх-уль-ислама становились законами. При реорганизации в 1840 г. на совет была также возложена обязанность высшего суда по государственным и крупным должностным преступлениям. Министры обязаны были отвечать на запросы членов совета.

На Высший совет танзимата (1853 г.) была специально возложена задача обсуждать и разрабатывать методы государственного преобразования – как путем разработки проектов, так и конкретных мероприятий исполнительной власти, включая подбор кадров. Он также полномочен был судить министров за злоупотребления должностью. До известной степени функции и полномочия Высшего совета танзимата переплетались с правами Совета юридических установлений (в такой двойственности отразилась и борьба придворных группировок). Поэтому в 1861 г. функции Совета юридических установлений были уточнены, и за ним главным образом остались законопроектные вопросы.

Военным законодательством и разработкой военной политики занимался Высший военный совет (1836 г.). Первоначально учрежденный лишь как совещательный орган при главнокомандующем – сераскире, позднее совет стал самостоятельным ведомством. Состоял он из 15 военных сановников, а также духовного и гражданского чиновников. Одной из важных его специальных задач было перенимание в османской армии европейских военных установлений, военного и технического опыта. С реорганизацией в 1863 г. на совет были возложены контролирующие обязанности в отношении военных кадров и финансов.

Кроме Высшего военного, было еще несколько специализированных советов практически при каждом министерстве: Совет артиллерийского интендантства. Совет народного просвещения, Совет публичных работ и др. Все они до известной степени были органами правительственного надзора за обычными ведомствами. В некоторые из них входили и представители европейских стран с совещательными голосами, для того чтобы активнее перенимался иностранный опыт. Неоднократно создавались и особые советы при великом визире для контроля за высшей правительственной деятельностью, но они были недолговечны.

Самым важным из административных советов стал Государственный совет (1868 г.). В него был преобразован Высший совет юридических установлений. При открытии султан даже декларировал связь нового учреждения с принципом «разделения властей» (правда, не ясно, какой властью наделялся совет). Состав и функции его были определены особыми уставами. Самым существенным в организационном принципе было участие представителей как мусульманских, так и немусульманских общин империи (в соотношении 28 : 13). Президиум совета назначался султаном. В составе совета было создано 5 исполнительных отделов, руководивших соответствующими ведомствами (правда, без особого успеха). На совет были возложены также законопроектные, судебные и даже консультативные функции. В целом это была еще одна организационная структура, подотчетная премьер-министру. Но благодаря представителям общин, она как бы выражала и мнения о правительственной политике элиты местной администрации.

Местное управление также было реорганизовано и унифицировано. Устанавливалось дробное и единое административно-территориальное деление: вилайет – санджак – каза – нахийэ. Каждая из единиц возглавлялась чиновником с чисто гражданской властью – без финансовых и военных полномочий (наподобие французских префектов). Низшие сельские администраторы избирались населением, но вместе с тем подчинялись начальнику (мудиру) нахийэ. Основной единицей местного управления стали вилайеты (1864-1871 гг.). Возглавлял его вали, назначаемый султаном. Вали был главой всех административных учреждений, управлял полицией, приводил в действие судебные решения (но не имел собственной судебной власти). В вилайетской управе были отделы, представлявшие практически все центральные ведомства, даже иностранный. Сходную организацию имели и управы нижестоящих административных округов.

На всех уровнях управления создавались органы представительства местного населения – советы (меджлисы). Главной их задачей было привлечь к обсуждению дел управления немусульманское население (и тем выполнить требования европейских держав по Парижскому трактату 1856 г.). В вилайетах создавалось по два меджлиса: один – общедепартаментский, второй – как бы муниципалитет вилайетского города. Правами представительства в советах обладали только собственники, причем с большим числом других цензов. Меджлисы разных типов обладали совещательными правами, а также контролировали дела благоустройства на местном уровне.