Несмотря на усиление королевской власти Каролингов и рост значения централизованного управления, государственно-политическое единство империи было условным. Со смертью Карла Великого и переходом власти к его наследникам, оно стало почти иллюзорным. Империя позволила окрепнуть крупным феодальным магнатам, которые не нуждались более в единой государственности, тем более возложившей на себя мессианскую задачу. Только церковь активно выступала за сохранение единства империи, при том что позиции значительной части епископов в отдельности были иными.

В противоречии с интересами государственности как целого находились и домениальные традиции Каролингов. Еще Карл Великий был готов ликвидировать единство империи, в 806 г. издав особый капитулярий о разделении власти между своими наследниками. Разделение это касалось не только территорий, но и политических полномочий. Под давлением церкви преемник Карла Людовик был вынужден изменить порядок престолонаследия и сохранять политическое единство. Согласно капитулярию 817 г., историческая часть империи вместе с императорским достоинством должны были наследоваться по принципу майората – одним из сыновей, остальные получали обычные королевские титулы и права над остальными частями бывшей империи. Доминирование империи над остальными королевствами предусматривалось более политико-идейным, чем реально правительственным. Правда, вскоре капитулярий был отменен. И после нескольких лет политических споров сыновья Карла заключили Верденский договор 843 г. Согласно нему, Франкское королевство политически разделялось на три примерно равные части (раздел государства был непростым, собравшиеся в 842 г. 120 советников для подготовки трактата не имели, как отметил современник, «ясного представления о размерах империи в целом»). Каждый из братьев получил часть исторической территории Франкского государства, и далее раздел шел в основном по сложившимся королевствам: Карлу достались земли Франции, Людовику – Германии и Австрии, Лотарю – Германии, Италии и Прованс. Лотарь, как старший сын, сохранил за собою титул императора – уже чисто номинальный. С разделом франкской империи было положено историческое начало последующему становлению новых европейских государств на национальной основе.

Однако даже образовавшиеся королевства были чрезмерно велики для государственных связей того времени, когда все они основывались по преимуществу на личных связях и отношениях вассалитета. Уже в середине IX в. Карлу Лысому пришлось заключать дополнительные соглашения о власти вначале со своими братьями, затем с крупными феодалами. С конца века восстановился избирательный характер королевской власти, возродилась номинально «генеральная ассамблея», которая на деле была только собраниями феодальной знати.

Королевские престолы стали орудиями в клановой борьбе между отдельными группировками феодалов. Начиная с 920 г. стали возникать самостоятельные автономные графства, герцогства, которые на основе традиционной самостоятельности администрации объявляли и политическую независимость. Особую роль среди новых графств и феодальных кланов к середине Х в. приобрел клан Роберта Парижского, бокового родственника Каролингов. После нескольких десятилетий междуусобиц, смут в империи, активного вмешательства германских королей в общеимперские дела стабильность была достигнута только при совместном соглашении феодальной знати о будущем политическом устройстве. Коронация последних из Каролингов свершалась с оговоркой, что править они будут сообразно советам князей и главного из них герцога франков. Со смертью в 987 г. Людовика V династия Каролингов пресеклась. Феодальная ассамблея выбрала новым королем западных французских земель – основного наследника империи – представителя рода Робертинов Гуго Капета.